— Ты еще и половины всего не видел, — сказала она любуясь полуобнаженной фигурой Криспина.

Вздохнув, Софи усилием воли заставила себя отвлечься от посторонних мыслей и сосредоточиться на главном. — Если ты наденешь штаны, чтобы я не отвлекалась, то я покажу тебе что-то потрясающее. Прошу тебя, Криспин, это настоящий сюрприз.

— Ну что ж, если ты так считаешь… — Он натянул бриджи и, тщательно завязав их, взял у Софи из рук поднос. Она подняла свечу высоко над головой.

Оказалось, что они стоят на маленькой деревянной площадке, от которой в темноту ведет лестница.

— Я нашла потайной ход в столе вчера утром и объяснила Терстону, что его можно открыть, потянув за маргаритку, — рассказывала Софи, ведя Криспина за собой вниз по лестнице. — Это отличное укрытие, потому что стол не настолько большой, чтобы в нем мог спрятаться человек. А если постучать по доске, то пустота внутри покажется вполне естественной.

— Ты думаешь, что это укрытие было сооружено с какой-то определенной целью? — спросил Криспин, которого охватило вдруг дурное предчувствие. Казалось, он слышал голос отца, который приказывал ему вернуться.

— Конечно, — заверила его Софи, внезапно остановившись. — Подожди-ка.

Софи воспользовалась потайным ходом в столе, чтобы выбраться из Сандал-Холла и вернуться обратно. Тогда же она заметила дверь в стене хода. Но ее занимали в то время другие проблемы: Софи не могла решить, хочет она навсегда уйти отсюда или остаться с графом Сандалом. Сегодня, когда Терстон закрыл за ней дверь хода, она вернулась к таинственной двери и была щедро вознаграждена за свое любопытство.

Софи досконально изучила эту потайную комнату, знала каждую трещинку в стене, каждый ее дюйм. У нее было достаточно на это времени, поскольку обыск в доме Криспина затянулся. Она шла вперед впотьмах, то и дело наталкиваясь на невидимые препятствия, а мысли ее были заняты другим. Она не могла смириться с тем, что ее крестный оказался фальшивомонетчиком. Хотя это объясняло многое — шантаж, непомерно огромные траты в последнее время, страх перед Фениксом. Но с другой стороны, если его шантажировали, то зачем понадобилось его убивать? Какой смысл убивать того, кого шантажируешь?

Оставалось загадкой и убийство Ричарда Тоттла, который либо сам занимался шантажом, либо был агентом мошенника. А если принять во внимание, что возле трупов были найдены ее чек и пистолет, то следует признать, что оба убийства совершены одним человеком. Ход размышлений Софи прервало досадное обстоятельство — она стукнулась ногой о стену и вскрикнула от боли. Придя в себя, она решила, что шантажировали не самого лорда Гросгрейна, а кого-то, кто был ему близок, за кого он сам добровольно платил. Этот кто-то вознамерился убить Ричарда Тоттла и тем самым избавиться от ярма, а его заставили убить и лорда Гросгрейна. Софи вспомнила тот день, когда принесла лорду Гросгрейну чек. Она слышала, как в его кабинете кто-то разговаривал на повышенных тонах, а затем Бэзил, красный от волнения, промчался мимо нее и выбежал из дома. Может быть, это Бэзила шантажировали? Бэзила, который…

Софи снова уперлась в стену, в прямом и в переносном смыслах одновременно — она налетела на невидимую стену, и она не могла вообразить Бэзила убийцей. И вдруг Софи осознала, что ее свеча давно погасла и она большую часть своего заключения провела в кромешной тьме. И ни разу не испугалась.

Криспин. Это его заслуга. Он избавил ее от страхов прошлого, вернул ей веру в себя. Софи вдруг поняла, что ничего на свете не боится. Ни темноты, ни преследовавшего ее голоса.

Она вдруг почувствовала себя сильной и свободной. И очень благодарной Криспину. Софи пыталась вернуться к размышлениям об убийстве лорда Гросгрейна, но ее мысли неуклонно возвращались к Криспину, к тому чуду, который он сделал для нее.