— Вы выиграли, — неожиданно вторгся в ход ее мыслей голос Криспина. Судя по ее растерянному виду, она не поняла, о чем речь, и он протянул ей кости. — Вы выбросили шесть, а я девять. Вы выиграли. Теперь я должен ответить на любой ваш вопрос.

— О чем вы?

— Об игре, в которую я обычно играю с Лоуренсом. Тот, кто выбросит число, наиболее близкое к семи, выигрывает. Проигравший честно отвечает на любой его вопрос. Вы выиграли, так что можете спрашивать о чем хотите.

Софи уже собиралась подняться, чтобы уйти, окончательно приняв это единственно правильное решение. Но ведь она выиграла. Так как же можно упустить возможность задать Криспину любой вопрос? Любой. В конце концов, она осталась только для того, чтобы выведать у него интересующие ее сведения. И вот он сам предлагает ей это сделать.

— Хорошо, милорд, я задам вам вопрос. Почему вы хотели встретиться с Ричардом Тоттлом?

Криспина снова охватило неприятное чувство, которое он расценил как разочарование. «Неужели я интересен ей только в связи с расследованием?» — досадовал его внутренний голос.

«Ну и что же? — вторил ему кто-то другой. — Расследование — единственное, что по-настоящему важно».

«Для тебя — возможно, но…» — не унимался первый.

— Вы хотите, чтобы я напомнила вам правила игры, лорд Сандал? — спросила Софи. — Напрасно вы придумываете, как уклониться от ответа. Игра предполагает полную искренность.

— Ничего подобного, — покачал головой Криспин, стараясь отмахнуться от навязчивых голосов. — Я возмущен вашим обвинением, мисс Чампьон. — Он улыбнулся. — Я хотел встретиться с Ричардом Тоттлом, потому что он всегда был в курсе дворцовых сплетен, а мне нужна была кое-какая информация.

— Какая? — заинтересовалась Софи.

— Теперь вы хотите, чтобы я напомнил вам правила игры, мисс Чампьон? Один бросок костей — один вопрос.

Софи взяла кости и выбросила на этот раз пять. Ее торжествующая улыбка погасла, когда Криспин следом выбросил восемь.

— Теперь моя очередь спрашивать, — объявил он и увидел, что она явно встревожилась. Самый подходящий момент, чтобы спросить ее о крестном. Теперь она не сможет не ответить или солгать. Феникс не упустит шанс узнать наконец об этой женщине всю правду. Вместо этого граф Сандал придвинулся к ней поближе и спросил:

— Какое ваше самое счастливое воспоминание?

— Самое счастливое воспоминание? — Его вопрос застал Софи врасплох. Она бросила взгляд в сторону пруда и решила не говорить правды. — Это купание при лунном свете в пруду возле Пикок-Холла, загородного поместья лорда Гросгрейна.

— Холодно не было? — нахмурился Криспин.

— Нет. Вода подогревалась огромной печью, которая находилась в лаборатории лорда Гросгрейна, в подвале дома. Люди приходили туда купаться со всех окрестностей. Говорили, что эта вода обладает целебными свойствами.

— А что лорд Гросгрейн делал в своей лаборатории с этой печью? — поинтересовался Криспин.

— Это уже другой вопрос, милорд, — вызывающе взглянула на него Софи.