|
Отчасти это подтверждал тот факт, что Песцова и еще нескольких солдат, у кого форма была слишком уж не по размеру, отправили на полковой склад. Интендант, вернее, каптенармус, глядел так, словно из его кармана вынимают последнюю копеечку. Правда, как бы там он не глядел, но запрошенное выдал. Пусть не новое, но, всё же, не слишком ношеное и вполне прилично выглядящее. Впервые за месяц учебки Олег перестал быть похожим на идиота, да и строй в целом стал намного презентабельней. Лытнев, оглядев свой выстроенный на плацу взвод, даже сподобился улыбнуться. Он был доволен.
Перед сном, когда солнце уже не жарило настолько сильно, унтер без особого рвения погонял салаг по плацу и отправил в казарму. Наступила ночь перед присягой. Солдату что? Сказали спать — он спит. Потому, как в любой момент могут сыграть тревогу, и придется вскакивать и нестись куда-то туда, куда прикажет начальство. Зато для Милки ночь была тем временем, когда наступала свобода. Она могла спокойно покинуть свое временное обиталище и всласть погулять вокруг, чем и занималась на регулярной основе. Красота! Не надо ни от кого прятаться, не нужно соблюдать массу предосторожностей. И нет ничего удивительного в том, что она первой заметила пять больших армейских грузовиков, остановившихся в километре от части. Из машин выпрыгнули вооруженные люди в черной бесформенной одежде, получили приказ и легкой рысью направились к казармам.
* * * — Олег! Вставай! — Что случилось? Полусонное сознание с трудом воспринимало реальность. — Да просыпайся же скорей! Беда! Опасность! Милка, наконец, нашла нужное слово: — Тревога! — Что случилось? Этот вопрос был задан уже вполне осознанно. Уже почти проснувшийся Песцов сообразил: домовая просто так будить его среди ночи не станет. Он принялся одеваться, быстро и тщательно, а Милка тем временем рассказывала ему о том, что видела. — Так говоришь, примерно в километре? — переспросил он. — Да, примерно так, — подтвердила домовая. Олег прикинул: километр легким бегом преодолевается минут за пять. Сколько времени прошло, пока он проснулся, да пока оделся? Как раз примерно пять минут. А это значит, что нападающие, кто бы они ни были, уже здесь. Он скользнул ко входу, стараясь не обнаружить себя, и притаился за дверью. В окне мелькнули черные тени, а через несколько секунд в двери казармы ворвалось двое в черных масках. Один из них крикнул: — Подъем! И дал очередь в потолок. Вниз полетела пыль, посыпались куски штукатурки. «Значит, патроны боевые» — определил Олег. — «А раз так, то и стесняться не стоит». Что делать с врагами Песцов знал хорошо. Полгода назад на улицах Питера этот урок был преподан жестко и наглядно. Сейчас же был, можно сказать, экзамен. Шшухх! За криками и стрельбой никто не услышал, как пролетело воздушное лезвие. Зато все услышали, как стукнула об пол голова в маске, потом автомат, а потом и тело. — Что такое? В казарму сунулся еще один. И снова: Шшухх! — Милка! — позвал Олег. — Враги рядом есть? — На улице, у дверей караулят. Это было очень кстати. Тем более, что в казарме начал подниматься шум: разбуженные новобранцы пытались понять, что происходит, пытались задавать вопросы. Где-то на территории части была слышна стрельба, крики. Да и два обезглавленных тела в луже крови тоже стимулировали выработку адреналина. Олег оттащил тела с прохода, чтобы их не было видно из дверей. Кто-то попытался включить свет. «Умник» тут же схлопотал в лоб: — Ты что, идиот? На часть напали, а ты хочешь подсветить цели? Идиот полез было драться, но тут в дверях показался еще один из черных. Шшухх! И еще раз: Шшухх! — Все, рядом никого! — доложила Милка. |
