Глеб рассеянно кивнул.

– Иди, – в голосе Крыжа появились настойчивые нотки. – Я не смогу начать обрабатывать список, пока ты не ляжешь и не попробуешь заснуть.

Глеб, ссутулившись, и в один миг превратившись из молодого парня в старика, поплелся в сторону переговорной. Сквозь прозрачные стены Крыж наблюдал, как друг прошел к дивану, тяжело опустился на него и какое-то время сидел, понуро опустив плечи и повесив голову. Бросив взгляд на Крыжа, заметил, что тот не работает и ждет, послушно стянул с плеч китель, оставшись в форменной футболке с логотипом «Тольды», лег на бок, положив голову на подлокотник, и вытянул ноги. Скрестив руки, отвернулся к спинке, поджал к груди колени. Так было теплее и безопаснее. Тяжесть последних дней придавила мгновенно. Он бы поплакал, если бы слезы не высохли от шока. Он бы покричал, если бы крик не застрял где-то глубоко в гортани, едва позволяя дышать, сковав легкие.

Глеб прикрыл глаза. Он не спал, но и не бодрствовал. Тело стало чужим и тяжелым, сознание притупилось. Он скорее догадался, чем почувствовал, как в переговорную зашел Василий, затемнил прозрачные стекла, чтобы свет и суете рабочего атриума не разбудили друга. Взял китель и укрыл им Корсакова. Тяжелая ткань стала сродни дружеского объятия, она сохранила тепло простой человеческой заботы и сострадания.

Глеб почувствовал, как внутри становится легче, словно взведенную пружину внезапно ослабили. Будто притушили эмоции, впустив в душу смирение, прохладу и уверенность – он непременно найдет ублюдка, сделавшее такое с его сестрой.

Крыж тем временем запускал программу-поисковик. Он действовал по принципу крота – отлавливал фрагменты кода, которые не соответствовали стандартам. В данном случае – имели буквенный маркер в слепой зане гиперссылки. Все отмеченные строки автоматически выбрасывались в другой список, с которым уже велась заранее подготовленная работа – алгоритм выстраивал события в соответствии со словами молитвы «Отче наш».

Пока настроенная программа работала и не просила помощи, Василий вернулся к изначальному списку отчетов. Убрал флажок с именем отправителя. Ему нужно было проверить, использовал ли «Трям» единственный сертификат. Потому что если он пытается передать криминальной полиции какие-то важные сведения, он должен исключить, что их перехватят и расшифруют раньше, чем это сделает Теон. Выходит, должен быть еще сертификат.

Побарабанив пальцами по столу, Василий бросил быстрый взгляд на спящего Корсакова и нашел в архиве аналогичный отчет за прошлые месяцы. Выбрал команду сверки сертификатов по периодам и стал ждать. По его расчетам среди сертификатов текущего месяца помимо «Тряма» должен быть еще кто-то новенький. Понятное дело, это может быть молодой сотрудник или кто-то, кто перешел на другую должность. Но – Крыж был уверен – таких за месяц наберется не больше десятка. Перебрать их все и найти среди них того, кто дорисовывает коды в гиперссылках – дело пяти минут.

Запустив отладку, Крыж откинулся на спинку стула, скрестил руки на груди и стал ждать. В атриум спустился Теон.

– Корсаков где? – спросил после приветствия.

Крыж широко улыбнулся:

– Отправлен спать под угрозой отлучения от расследования.

– И правильно, – Теон кивнул, – сам давно такое хотел сделать, но Духов… – Он закатил глаза.