Только теперь выяснилось, что ландер Аригайрта пропал. К тому же несколько его слуг дали показания, и стало очевидным, что Аригайрта на корабле нет. Он смылся сразу же, как только увидел наше явное превосходство. Погибать вместе со своими людьми у него не было ни малейшего намерения.

Что ж, раз так, его ханкеры заплатят за все.

Жаль, что он ушел от моей руки. Искренне жаль. Ничего, рано или поздно я настигну и его самого. Вначале планета, теперь корабль.

Вначале я отправилась в Большой Зал, где держали рабов.

Адоне-творец… здесь было даже несколько детей от десяти лет и чуть старше, девочек и мальчиков. Они принадлежали к сералю Аригайрта, и понятно, для чего ему служили. Очень много женщин, красивых, привлекательных. Охранял их Стик Лейн с помощниками, один из самых авторитетных офицеров, и в то же время — выдержанный. Я знала, что он не тронет рабов, если нет приказа.

Я вошла в зал. Бета по обыкновению следовала за мной, чуть касаясь ноги своим мягким носом. Гомон быстро стих, все уставились на меня. Я взбежала на возвышение.

— Рабы! Всем внимание! — сказала я внушительно, — я Дикая Кошка, не торгую людьми. С этой минуты все вы свободны…

Настороженное молчание.

— Те из вас, кто захочет, могут присоединиться к моей Империи. Всем будет дана возможность работать, зарабатывать неплохие деньги. У нас немало работы и для женщин. Желающие могут учиться, стать пилотами или бойцами. Остальные будут высажены в космопорту Эсти, вам будет дано небольшое пособие, которое позволит добраться до Родины. Я даю вам сутки на размышление! Все вопросы можно задавать Стику — я указала на своего офицера, — через сутки я прошу вас определиться и принять решение.

Я медленно сошла с возвышения и покинула зал.

Остается надеяться, что хотя бы часть этих женщин захотят быть с нами. И согласятся на все вытекающие последствия — впрочем, чего бы им не согласиться, ведь Аригайрт уже сделал из них «настоящих женщин».

Начался суд над ханкерами.

Таффи я сразу дала все необходимые указания, он с группой добровольных помощников ожидал наготове в пресловутой оборудованной камере. Мы с Дерри и Ральфом стояли на возвышении в зале, а вокруг расселись на полу бывшие рабы Аригайрта. Они будут свидетелями обвинения. Сзади толпились любопытствующие из моего экипажа.

Двое моих ребят втолкнули в зал скованного наручниками и слегка побитого ханкера. Я молча ждала, пока он приблизится. Потом показала на него широким жестом и спросила громко:

— Кто может сказать что-нибудь об этом слуге Проклятого? Кто этот человек? Чем он занимался на корабле? Кто знает, поднимите руку.

Рабы безмолвствовали. Я начала опасаться, что свидетелей не будет, а в этом случае пропадет хороший спектакль, и ханкеров придется убивать без разбору. Правда, с рабами предварительно хорошо поговорили, и вроде, они убедились, но…

Какой-то парнишка, подросток поднял руку.

— Говори! — велела я.

— Это охранник, ханкер. Он смотрел за нашей камерой. Приносил еду и сэнтак.

Я кивнула.

— Бил кого-нибудь? Был справедлив или нет?

Другой мальчишка крикнул:

— Он меня бил! Просто так, ни за что!

Я посмотрела на ханкера уничтожающе.

— Ты умрешь медленно. Уведите его, — сказала я парням, — категория три.

Вошел следующий обвиняемый. Он едва брел, спотыкаясь, то ли его уже хорошо побили, то ли от страха.

— Кто это?

Никто из рабов не отвечал. Я повторила вопрос, но все лишь пожимали плечами. Мой десантник Занк от стены крикнул:

— Принцесса, это пилот. Мы его взяли в Посту. Какой-то второй или третий…

Я посмотрела на пилота.

— Это правда? Кем ты был на корабле Аригайрта?

— Третьим пилотом, — дрожащим голосом ответил парень, — пощадите…

— Как ты мог согласиться служить этой сволочи? — спросила я.