И еще на базе есть один би. Даргел не сказал мне, кто именно. Я должна работать в полной изоляции, без поддержки командования, инкогнито. Ладно, выясним все постепенно.

Стук в дверь прервал мои размышления.

Я быстро села, привела волосы в порядок, метнула взгляд в зеркало и подошла к двери.

На пороге стояла целая делегация. Все серетанцы. Все из секции обслуживания. Я насчитала шестерых. Первый, стоявший ближе всех, держал в одной руке темную бутыль, в другой — чахлые три стебелька с белыми мелкими цветочками. Этот «букет» он протянул мне.

— Вот… это вам! Простите, что скромно, но… это из нашей оранжереи.

Две секунды долг агента во мне боролся с огромным желанием выставить всех к змею и побыть в одиночестве. Наконец долг победил. Со вздохом я приняла цветы и посторонилась.

— Заходите.

— Квинт, — представился первый техник, сарт, судя по нашивкам.

— Очень приятно, Синь, — я протянула ему руку. По очереди прошли остальные, пожимая мне руку и представляясь.

— Ивел, — совсем молодой голубоглазый парнишка.

— Аффин Нейл, — еще один сарт.

— Снарк, — какой-то штатский солидного возраста и маленького роста.

— Кесс.

— Луллий.

— Ну что же, мне очень приятно, — сказала я, когда все расселись в моей тесной комнатушке, — только вот угостить, к сожалению, нечем. Не ожидала.

— А насчет этого не переживай, — Квинт выставил бутыль на стол.

Мигом все появилось. Кто-то, кажется, Кесс, распаковал большой сверток, в котором обнаружились и консервы, и копченая колбаса, и галеты. В качестве стаканов послужили использованные и чисто вымытые колпачки от продувных баллонов. Квинт водрузил на стол целую батарею. Разлили грапс — чистый, сорокаградусный. Я заняла единственный стул в комнате, причем села так, чтобы рядом был лишь накрытый стол — чтобы никто не примостился рядом и не полез меня лапать. Здешние нравы я уже представляла.

В Школе у нас были, конечно, уроки секса. Так что в этом я разбираюсь. Но на это дело я готова исключительно по любви или по служебной необходимости. Например, если выявлю ценного информатора. Но пока ничего подобного со мной не произошло, я собираюсь воздерживаться от случайных контактов.

Техники ели, пили и обсуждали все, что в таких случаях положено обсуждать. У кого-то лопнул тросик в переборке, прокладки сегреновые тут в большом дефиците, опять сволочи-белги себе запасов нахапали, а с нами не делятся, а если пилот такой-то будет и дальше так относиться к балансировке сплетений, то скоро одним кораблем на базе станет меньше. Я по мере сил поддерживала беседу на местные темы, расспрашивала.

— А что, неужели на базе больше нет девушек?

— Почему? Наверху есть. В медотсеке, в кафе, в центре связи тоже, — пояснил Квинт, — да только с нами-то они, сама понимаешь… они лучше с господами пилотами.

— А я слышала, тут была девушка-кибертехник.

— А, Вилс. Белга, но ничего так, симпатичная. Дак ее убрали.

— Как убрали? — испугалась я.

— Ну, уволили, — объяснил Аффин.

— Из-за нее, вроде, какой-то несчастный случай произошел, — подбодрила я его.

— А, это тебе белги насвистели?

— Нет, господин Радзан. А что за случай?

— Да белг один подрался с нашим техником, с Виктором, — мрачно сказал Квинт, — из-за этой дуры. Ну и все. Дрались они наверху, бикр проткнул, и дело с концом.