А эти дамы про себя думают, что они — вполне добропорядочные бизнесвумен, приличные люди.

Оказаться в трюме у шибага — плохо. Во-первых, бить будут, а может, чего и похуже. Во-вторых, продадут в рабство. Короче, телу твоему настают в этом случае кранты (а имуществу — тем более). Но голова твоя, мозги — на них никто не претендует. Думать ты свободен о чем угодно. Там, внутри, ты остаешься собой.

(Меня и Аригайрт потому зацепил, что претендовал на Формирование Личности — на мои мозги драгоценные. Переделать меня хотел, «создать Настоящую Женщину». А многих и переделывал!)

А в этой фирме все наоборот. На тело твое никто не покушается, имуществу серьезного ущерба не наносят (ну так, небольшая плата). А вот мозги тебе промывают, и ты перестаешь быть собой. Обретаешь Веру в Волшебные Продукты Оривея, и эта вера дальше уже ведет тебя по жизни. Как обещали в их рекламке, скоро ты не сможешь думать ни о чем другом, и встречая любого человека, первым делом будешь думать — а нельзя ли ему чего-нибудь продать или завербовать.

Меня, допустим, переделать нельзя, невозможно, но за других — такая уж натура — тоже почему-то обидно.

Таким образом я поняла, кто будет моей первой мишенью. Не могу похвастаться особым благородством, но знаю о себе — моя работа гораздо успешнее, когда я искренне заинтересована в успехе, когда меня волнуют не только деньги, но и работа сама по себе.

От жизни с Энди я сохранила несколько очень полезных игрушек — оценила их уже давно, будучи агентом БИ. В частности, у меня осталась целая коллекция «жучков». Надо сказать, против Энди я их никогда не использовала… дура, видимо.

Мне оставалось позвонить дамам из «Оривея», назначить время, прикинуться дурочкой, стремящейся вступить в их долбанную организацию, полтора часа выслушивать восторженный щебет по поводу «нашей уникальной продукции», заплатить вступительный взнос. Теперь у меня на руках был номер банковского счета организации. Я не хакер и — оценим трезво шансы — вряд ли смогу взломать защиту банка. Можно найти хакера, но к чему мне это? Я быстренько выяснила, когда у «Оривея» ближайший семинар — оказалось, через две недели.

У меня хватило ума, уходя из дома, прихватить со счета Энди довольно кругленькую сумму. Энди потом забрал у меня карточку и попытался было закатить скандал, но я сделала невинный вид. А он понимал, что в суде вряд ли выиграет — суд обычно снисходителен к несчастным брошенным с ребенком мамочкам… Да и суммы этой хватило бы мне месяца на три (если снимать квартиру), а потом все равно пришлось бы сдаваться на милость Энди.

По-хорошему самой близкой мишенью для меня был именно он. Ограбить его — было бы самым элементарным… Но во-первых, он не так уж богат, то есть овчинка выделки не стоила. Ну разве что из особняка его выселить, но здесь нужна сложная комбинация. А во-вторых… почему-то мне не хотелось это делать. С душком это дельце… не стоит оно того.

Но пока деньги у меня были. Время, оставшееся до семинара, я употребила на подготовку. Прежде всего сняла себе квартиру в Деметре. Квартиру вполне достойную пиратской принцессы — близко к центру, с пятью комнатами, больше похожими на залы, оборудованную лучшей на Серетане сантехникой, электрикой и коммуникацией. На мебель денег у меня почти не осталось, да и за эту квартиру я могла заплатить лишь за два месяца.