Он хочет уйти, но Дженис ловит его за запястье:

– Какая правда, какая ложь, вы о чем?

– Ваша скандальная репутация вас опередила. Кажется, английская судебная система с вами хорошо знакома. Вы неоднократно обвинялись в клевете и попытках вымогательства, а уж о вашем образе жизни я вообще не говорю, – добавляет он, поднимая глаза к небу. – Зачем вы на самом деле приехали в Беларусь? Никто не поверит в вашу историю со статьей. Вы предали мое доверие, я умываю руки. И, к вашему сведению, вы получите двадцать лет.

Личный секретарь Эйртона Кэша очень продуктивно поработал.

На обратном пути Дженис сопровождают уже не милиционеры. В черный фургон садятся четверо: это омоновцы, сотрудники специального подразделения милиции, отвечающие за общественную безопасность.

* * *

Вторая половина дня, Тель-Авив

Капитан дочитал переданный ему рапорт. Взяв его с собой, он поднялся на пятый этаж и присоединился к мужчинам, ожидавшим его в переговорной. Первый, в гражданском, изучал то же досье. Второй, полковник, сидевший за противоположным концом большого овального стола, молча покусывал мундштук деревянной трубки.

– Непростое дело, – буркнул эмиссар в гражданском. – Если бы гражданин другой страны нелегально проник в Израиль, наше правосудие не оценило бы попыток повлиять на его решение. А судя по тому, что я только что прочел, говорить о неумышленном правонарушении мы не можем. Нужно подождать. Правительство определится со своей позицией после вынесения судебного решения. Сейчас поднимать шум не следует.

Капитан отдал ему честь и удалился. Полковник вздохнул, неторопливо раскурил трубку, холодно взглянул на эмиссара в гражданском и вышел, не произнеся ни слова. Вернувшись к себе в кабинет, он задумчиво уставился в окно. Из метро выходила стайка школьников – уроки закончились. Они беспечно смеялись, лица сияли. Понаблюдав за ними, полковник посмотрел на небо: погода была дивная. Он размышлял. Дело и правда непростое, но вовсе не по причинам, названным эмиссаром правительства. Кому выгодна подобная осторожность? Разве что политикам, не понимающим, что значит быть заключенным на вражеской территории. Неужели их не удивили невесть откуда взявшиеся потоки гнусных обвинений против отважной журналистки? И какое странное совпадение, что сегодня утром его службы перехватили разговор двух бизнесменов, за которыми он давно следит. Один, из Лондона, на ножах с этой журналисткой, а второго, из Тель-Авива, подозревают в заказном убийстве одного из агентов разведки. Кровь бросилась в голову полковника. Разбудить «спящего» агента – непростое решение… Но своих не бросают, это дело принципа и чести.

Полковник опустился в кресло, вытащил из ящика кисет, набил трубку и снова закурил. А потом взял телефон и позвонил в Амстердам.

Глава 22

Ранний вечер, аэропорт Скипхол, Амстердам

Зеленый «ауди» остановился на парковке «Джет Авиэйшн». Вышедшая из машины женщина достала из багажника вещмешок, сочетающийся с ее черной спецодеждой, закинула его на плечо и вошла в терминал бизнес-авиации.

Она уверенным шагом проследовала к бару, где ее ждал мужчина в темном костюме. Села на соседний стул, налила себе воды, осушила стакан одним глотком и заглянула в протянутый ей конверт.

– Ваш паспорт, наличные, планы – все, что нужно, – сказал мужчина в темном костюме.

Ноа кивком поблагодарила его.

– В вашем распоряжении будут два агента, это вся поддержка, которую вам могут предоставить. Они ждут вас в Вильнюсе и сегодня отвезут вас в Минск на машине. Вы втроем переночуете в апартаментах посольства, там вам выдадут запрошенное вами оружие. Два «узи», «глок» девять миллиметров и достаточно патронов, чтобы выдержать осаду.