Когда она раскладывала все это на полу рядом с автоматом, Шарон неожиданно спросила:

— Тебе нравится оружие?

— Как сказать.

— Она обожает свой маленький «смит-энд-вес-сон», — подмигнул отец.

— Что ты такое говоришь, па. Это всего лишь вещь. — Обращаясь к Шарон, она добавила: — Хотя я действительно получаю большое удовольствие от стрельбы из него. Я вообще люблю стрелять, но только не из таких огромных пушек. Бывает больно — а это мне не нравится.

— Да, понимаю, о чем ты, — улыбнулась та, — у меня дома «винчестер-магнум» модели «паркер-хэйл», 300-мм. И после каждого выстрела из него на плече остается безобразный синяк.

— Тогда зачем ты к нему вообще прикасаешься?

— Нравится.

— Ощущение силы, — вставил отец.

— Вот именно.

— Я сразу понял — в тебе есть что-то привлекательное, — добавил он.

Шарон залилась смехом.

— Я рада, что хоть что-нибудь.

— Может, и еще что-нибудь.

— О Боже.

— Нельзя ли потише, — вяло произнесла Джоуди и неожиданно для себя зевнула.

— Кто-то, кажется, засыпает, — нараспев протянула Шарон.

— Да, я немного полежу. — Поджав колени, Джоуди улеглась на сиденье. Просунув ноги под прислоненное к спинке ружье, она уперла их в дверцу.

— Удобно? — поинтересовалась Шарон.

— Ага.

Отец повернул голову.

— Па! Следи лучше за дорогой.

— О'кей, спи спокойно, милая.

Из-за сиденья показалась рука Шарон и изящно взмахнула в воздухе, сделав несколько легких поглаживающих движений сомкнутой кистью. Словно ей желала спокойной ночи или махала на прощание маленькая робкая девочка.

Вел машину отец. Шарон сидела рядом и смотрела в окно. По радио тихо звучала песня «Танец» в исполнении Гарта Брукса.

Шоссе было почти пустым, а вокруг простирались огромные пустыри, изредка перемежаемые одиночными строениями. Определенно это уже были не пригороды, но еще и не пустыня.

— Где мы?

— Подъезжаем к Кабазону, — ответил отец.

— Правда?

— Ты прилично покемарила.

— Мы как раз обсуждали, будить тебя или нет. Ты ведь не хотела бы пропустить динозавров, — вставила Шарон.

Она была права: проспать такое было просто непростительно.

— Они превосходны, — согласилась Джоуди.

— Вы возле них когда-нибудь останавливались?

— Ага, пару раз. Даже заходили в одного из них.

— А что, в них можно зайти? — изумилась Шарон.

— Да, я, правда, не знаю, как сейчас. Их закрыли, папа?

— Думаю, что да. Если не ошибаюсь, были случаи вандализма.

— Но мы туда заходили один раз, пять или шесть лет назад. В желудке апатозавра была небольшая сувенирная лавка. Там можно было купить раскраски с динозаврами, камешки и всякую всячину. Скорее похоже на свалку, и владелец был каким-то чудным.

— А по мне, это очень мило, — заметила Шарон.

— Ага, так оно и было. Знаешь, какие чувства охватывают тебя, когда ты находишься глубоко внутри гигантского чудовища?

— Вон они, — прервал их отец.

Слева, недалеко от противоположной стороны шоссе, возвышались два огромных бетонных чудовища, ярко подсвеченных мощными прожекторами.