Их поцелуй оказался сладким, отчаянным, как будто они воссоединились после долгой разлуки. Больше не было того сумасшедшего, безудержного желания, как вчера ночью. Нежный поцелуй и легкие объятия разжигали огонь медленно.

— Ты такой джентльмен, Джейкоб, — прошептала Робин.

Он грустно улыбнулся. Он не хотел быть «таким джентльменом», он мечтал стать для нее захватывающим приключением, ее любовником, частью ее жизни.

— Как всегда, — кивнул он и поцеловал Робин по-дружески или по-братски, совсем не так, как они целовались до этого. Прощальный, печальный поцелуй. Джейкоб чувствовал, что сегодня он последний раз держит ее в своих объятиях.

Вдалеке уже слышался шум моторной лодки — Дерек, видимо, ищет пропавших. Джейкоб в последний раз прижал Робин к себе. Их маленький мирок сейчас лопнет, и он потеряет ее навсегда.

Робин сидела в большом бабушкином кресле, одетая в свободный свитер и легкие брюки, и пила горячий шоколад. Она слушала, как трещат дрова в камине, и думала, что все-таки приятно чувствовать заботу родных. Она слишком долго жила одна.

Когда Джейкоб не вернулся вовремя, Дерек отправился на поиски, подняв тревогу, так что все знали, что Робин пропала, и не могли нарадоваться, когда она вернулась живая и здоровая. Сейчас все суетились над ней, заботились, как о маленьком ребенке. Джейкоб поспешил уйти, смущенный чересчур горячей благодарностью семьи. Интересно, что он там сейчас делает один, в своем большом доме? Робин хотела бы, чтобы он остался.

— Тетя, почитай мне сказку! — Бобби вбежал в комнату.

— Эй, поосторожней там, — прикрикнул на него Роберт, муж Конни. Он вошел с двумя другими детьми. Бобби подбежал к ним. Они вместе уселись у камина. Вскоре появилась Конни.

— Мамочка, мамочка, садись сюда! — прокричал Бобби и похлопал по подушке рядом с собой. Он прислонил голову к крепкому плечу отца, чтобы видеть картинки в книжке. Семейная идиллия. Сердце Робин отчего-то сжалось. Она рада за них, но ей стало жаль саму себя. Рядом с ней не было никого — никто не обнимает ее. Ей хотелось, чтобы у нее на коленях устроился малыш, нежно прижимаясь к ней. А еще ей хотелось вернуться на пару часов назад и вновь оказаться в объятиях Джейкоба. В те минуты она чувствовала себя совершенно счастливой. Робин вдруг захотелось помчаться к нему и снова оказаться в кольце его сильных рук.

Но не стоит рисковать. Сегодня им наконец удалось заключить перемирие, они сделали первые шаги к добрым дружеским отношениям. Однако Робин все еще надеялась, что Джейкоб передумает и поможет ей зачать ребенка. Надо просто дать ему время.

Маленький черноволосый ребеночек так здорово смотрелся бы у нее на коленях. Робин закрыла глаза и, слушая, как Роберт громко читает сказку, погрузилась в свои мечты.

Шатер сиял сотнями разноцветных огней. Джейкоб лениво попивал пунш и разглядывал плоды своих и общих трудов. Они весьма впечатляли. Посередине был выложен настил для танцплощадки, вокруг стояло множество столиков, покрытых разноцветными скатертями — принесли их все, кто какие мог.

Музыканты настраивали инструменты на невысокой сцене в углу. Руководил ими Патрик. Его пес в это время разгуливал перед сценой, как настоящий телохранитель, кормясь тут и там возле столов. Гости с радостью делились с ним угощением.

Обед был съеден, песню «С днем рождения» спели раза три, и сейчас пришло время для сладкого. Бабушка Робин, Алма Мей, разрезала большущий торт с розами. Возле стола уже образовалась очередь. В первых рядах — ребятишки с тарелками, готовые подраться, если кому-то достанется кусок с розой, а кому-то нет.