– Не знаю, чем я могу вам помочь в этом деле...

    Похоже, что Гость и в самом деле не знал этого. Требовалась подсказка.

    – Ну есть же у тебя какие-то неофициальные каналы, через которые мы могли бы организовать переговоры о твоей передаче м-м... в руки властей... Ну, какие-то друзья, которые могли бы помочь в таких м-м... деликатных контактах. Вот, скажем, те люди, что пригласили вас... Вы должны хорошо знать их...

    Гость мягко улыбнулся.

    – Мне кажется, – он кивнул на экран телевизора, – что у меня здесь не осталось друзей. А те, кто меня пригласил никогда не встречались со мной... Вам придется самим найти нового посредника...

    Адельберто нервно дернул щекой. Щека была сизой от наметившейся щетины. Он поднялся из-за стола. Бинки тоже вскочил на ноги и уставился на него – с тревогой.

    – Ладно – воля твоя, – вздохнул Мепистоппель. – Я иду отправить письмецо. Не стану снимать с тебя наручники, но и давать снотворное не стану: замок тут вполне надежный, так что не трать время на глупости... Будь умником – не в твоих интересах чтобы сюда проникли посторонние... И постарайтесь поесть хоть немного. Яичницу, что-ли – еще горячая... Если уж тебе пицца в рот не лезет. А вообще – так я по дороге прикуплю что-нибудь на твой вкус... Жаль ты мне кредитку запортил – придется платить наличными. Не пугайся, если без меня заявится Тони...

    – Тони – это Белая Голова? – осведомился Тор.

    – Да – хозяин Бинки – у него есть ключ. У Тони, конечно, а не у Бинки... – он с некоторым упреком посмотрел на пса, проявляющего лояльность к постороннему.

    Выйдя под звездное небо и убедившись, что складскую дверь не своротить и трактором, Адельберто ощутил себя школьником, сбежавшим с урока – таким было чувство облегчения от жуткого для него пребывания в четырех стенах с добродушным на вид Гостем.

    * * *

    Накормить ораву оказалось действительно несложно – в этом набитом тяжелой, сытной и ужасающе вредной жратвой городе оставаться голодными могли только такие вот как эти – отупелые и запуганные немые дикари. Замок на загрузочном автомате кормушки для людей был примитивным и – главное – электронным, его удалось бы вскрыть, поиграв электростатикой. Окажись замок механическим – без помощи человека пришлось бы потратить много сил и наделать много шума. Впрочем, так оно и вышло – и человек подсобил, и шум получился...

    Труднее оказалось вовремя увести этих олухов от разграбленных железных коробок, от оставшегося россыпью на мостовой едива, от готовых вот-вот очнуться и кинуться в погоню, но пока – остолбенело застывших людей вокруг.

    Харр готов был уже отказаться от своей затеи и отпустить ораву на все четыре стороны, попридержав только троих-четверых – тех что посмекалистей – чтобы поработать с ними, но все-таки смог переломить и собственное, накатившее на него отчаяние, и непроходимую жадную тупость оравы.