Виски, наличность и платок Пер оставил пострадавшему, револьвер осмотрел не без опаски – он был снабжен зарядами повышенной мощности, разносящими вдребезги бронежелеты – и сунул себе за пояс, а из блока связи вытряхнул элементы питания и сунул их себе в карман.

    После чего осторожно двинулся к Дому.

    * * *

    – Они здесь. Можно не сомневаться... Здесь... Или недавно были здесь... Оцените тепловой след...

    Джон повернул монитор так, чтобы Киму лучше был виден его экран, а на экране – светлые пятна дверей и полуподвальных окон помещения номер сорок по Птичьим Пустошам. Все остальные пространства кирпичных стен, забранных решетками и железными дверьми дверей и окон, которыми изобиловал заброшенный товарный двор, были мертвенно темны и находились явно в температурном равновесии со средой.

    – Ну что же... – Ким постучал пальцем по схеме выведенной на экран его ноутбука. – Выставляйте людей здесь и здесь, а я, с вашего позволения, попробую двинуться вот так – через разгрузочный люк... Передайте мне камеру...

    – Пойду с вами, – уточнил диспозицию Джон. – А Сэм попробует поторговаться с клиентами через дверь. Если там, конечно, есть с кем торговаться...

    Спрыгнув в благоухающую пригорелой яичницей темноту, Ким мгновенно понял, что он в подвале не один. Для того, чтобы быть пустым и безлюдным, этому подвалу нехватало гулкости. В нем было слишком много тишины – ватной, глухой, напряженной. Слегка посапывающей от этого напряжения тишины.

    Только за тяжелой дверью слышался голос Филдинга, сообщавшего обитателям помещения, что они окружены и сопротивление – бессмысленно...

    Ким типовым финтом рванул в сторону от того места, в котором его должны были бы ждать предполагаемые невидимые противники, расшиб локоть обо что-то отменно твердое и железное, однако, не стал торопиться бросать во мрак свето-звуковую глушилку. Он только тихо, но внятно спросил сопящую темноту:

    – Господа?...

    Господа не заставили себя ждать слишком долго.

    Тьму складского подвала осветила неполная дюжина ярчайших карманных прожекторов. На каждый такой прожектор приходилось по одному плотно сколоченному и хмурому типу в пятнистой форме.

    Майор Свирский устало смотрел на Кима и осуждающе жевал спичку.

    – Похоже, что и вы и мы немного припозднились, а? – флегматично поинтересовался майор. – А как хорошо было бы согласовывать свои действия, хотя бы на час вперед, господин Агент на Контракте...

    Ким молча посмотрел на свою, явно ставшую ненужной, камеру голографической регистрации и глухо спросил:

    – Надеюсь, господа, вы хотя бы засняли э-э... место?

    – Да, не беспокойтесь... – Свирский поморщился и махнул своим людям отбой. – Если это вас так волнует... Это, похоже, действительно то место, где держали Гостя. Вон, глядите: наручник на трубе еще болтается. Много следов и отпечатков. И еще – здесь стреляли, – он кивнул на обломки портативного телевизора. – Следов крови, правда, не нашли...

    – А что же нашли? – без энтузиазма поинтересовался Ким.

    – Собачью шерсть... – криво улыбнулся майор. – Разной масти. Довольно много собачьей шерсти.