– И все-таки о Псах... – кашлянул Роше...

    Доктор ветеренарии снова махнула рукой.

    – Да, боюсь, что заболтаю вас пустыми разговорами. О Чуре можно говорить бесконечно, – она с сожалением посмотрела на дно своей чашки. – Но вас интересуют именно Псы... Хотя, там это все увязано... Прежде всего, сами люди там другие. Преобладает, так называемый, ювенильный тип. Только не считайте их дегенератами какими-то. Они во многих вещах нам, грешным, сто очков вперед дадут. А Псы... Их генофонд тоже измененилcя. Продолжительность жизни выросла, сильно возрос набор способностей, интеллект... Они порядком умнее своих земных предков – Псы Чура. Необыкновенно хитры. Могут маскироваться на местности и вписаться в любую среду. Даже паранормалика у них развита. Но приписывать им разум – разум в нашем, человеческом, понимании – наивно. Дальше навыков счета у них дело не идет. И вообще, не их собачье дело – возиться с техническими деталями. Они уверенны, что Подопечные сообразят КАК. Может, даже, сообразят ЧТО. Но вот священное ЗАЧЕМ – это их, Псов, монополия. Мне это, кстати, кажется довольно логичным. Прикиньте сами: то, что мы привыкли считать высшим пределом эволюции материи – разум, человеческий интеллект – какую функцию он играет объективно? Разве это интеллект ставит перед человечеством его цели?

    Доктор явно села на своего любимого конька. Чего-чего, а склонности к философским обобщениям в этой бойкой толстушке Роше не ожидал. Он изобразил предельную степень внимания. Этому примеру последовал и увечный щенок на его коленях.

    * * *

    – Вы напрасно беспокоитесь за меня... – голос Энни в микродинамике был почти безмятежен, лишь чуть тронут тревогой. Именно это чуть очень не понравилось Киму.

    – Я сижу в вашей берлоге тихо, как мышь, и не думаю шалить, – продолжила Энни чуть обиженно. – А вот если вы, господин агент, не пошутили насчет пекинской лапши, то сейчас, я думаю, – самое время привести вашу угрозу в исполнение... У вас здесь холодильник – пустой, и линия доставки не фурычит. Но я не поэтому звоню вам. Здесь... Ну, в общем, по-моему, одному из ваших людей угрожает опасность...

    Прекрасно... – Ким откинулся на спинку отменно неудобного кресла и тяжело вздохнул: отрезанный от окружающего мира, запертый в охраняемой конспиративной квартире, фигурант по делу о похищении Гостя знает, оказывается, нечто, чего не знает никто из оснащенного всеми современными средствами связи и обнаружения воинства, брошенного на поиски Торвальда Толле... Прекрасно!

    – Кого вы имеете ввиду, Энни? – он тут же обругал себя за фамильярность, но она сошла ему с рук.

    – Я тут поговорила с одним моим знакомым, который кое-что смыслит относительно Чура и всего с ним связанного...

    Час от часу не легче!... – с тихим восторгом подумал Ким. – Интересно, брифинги и вечеринки с раздачей автографов у нас на спецквартире еще не проводятся? Надо было без церемоний забрать у нее блок связи...

    – Вы, возможно, знаете такого, – продолжала Энни, – Карла Васина? Его еще называют иногда Фотографом...

    Киму это прозвище кое-что говорило. Но мало.

    – Не имею чести знать такого лично...

    – Он предупредил меня.