Вспомнил.

    Вообще-то, это – то, что пришло ему на ум – было «совсем из другой оперы», но все-же... Агент на Контракте положил руки на руль и тронул кар в направлении Ратуши. Роше, устроившийся на заднем сидении, не выразил никакого возражения против такого вот выбора маршрута – он, похоже, вообще задремал в тепле и скупом уюте салона полицейской «тачки». Или – может быть – впал в глубокую задумчивость.

    На подъезде к Ратуше Ким уже собирался окликнуть своего напарника – тому не мешало глотнуть еще кофе и просушить шляпу в мало-мальски удобном кабинете, но тот во-время встрепенулся сам и даже подал повелительный жест, показывая, что причалить к тротуару стоит поближе к служебному входу. Ким и в самом деле позабыл, что на Прерии не штрафуют полицию за нарушение правил парковки.

    * * *

    Пустынные ночные коридоры Ратуши встретили их готической, таинственной тишиной, заполненной, сочившимся извне шелестом дождя и неистребимым – тонким и прогорклым – ароматом присутственного места ночью. Единственный служащий, кемаривший в стеклянном загончике у пульта электронной охраны, откровенно удивился столь позднему появлению господ из полиции, так не к стати аккредитованных во вверенных его заботам аппартаментах. Такого в Ратуше, судя по всему, отродясь не видали.

    Отперев кабинет, Ким крепко почесал в затылке и решительно направился к сейфу и принялся вытаскивать из него унылые папки распечаток по делам прошлых лет – те самые, которые он надеялся позабыть на те несколько дней, которые – о Господи, как давно это было – господин секретарь столь любезно предложил ему провести в компании высокого Гостя планеты.

    Роше некоторое время не без любопытства наблюдал за ним, потом, не задавая вопросов, прикрыл дверь кабинета, сунул себе в усы свою «носогрейку» и, раскочегарив ее, занял позицию у окна, с живейшим интересом наблюдая низвергающуюся вниз по стеклам Ниагару.

    – Заварите кофе, комиссар, – бросил ему через плечо Ким. – Не стесняйтесь, – вытаскивайте пакет из моего стола... Я вот только разберусь с этой канителью...

    Тут, наконец, искомая папка попалась ему в руки.

    «Дополнительные материалы, – было означено на потертой этикетке, – к представлению Прокурора Объединенных Республик, Председателю Высшей Комиссии по вопросам аппеляций и ужесточений. Тема: Предприятие «ШЕСТЬ ПОРТОВ» – судебный процесс над.» Папка эта – точнее, ее содержимое – в свое время поразили Кима только тем, что никакого отношения к порученному ему архивному розыску не имели и иметь не могли. Киму платили за то, что он проводил анализ дел полувековой давности по причине предъявления потомками невинно пострадавших имущественных претензий к Федеральному Управлению Расследований, как к правоприемнику какого-то филиала Имперской ГБ. «Дополнительным же материалам» было от силы лет пять-шесть. Ну – семь.

    Вообще, трудно было сказать, к чему они могли иметь отношение – уровень допуска на папке «Дополнительных материалов» был означен как восьмой, уровень допуска Кима на тот момент, когда папка легла на его стол был означен как пятый, а сам процесс предприятия «Шесть портов» здешние особисты загнали аж под третий уровень доступа, и в тот момент, ознакомиться с сутью дела у Агента на Контракте было значительно труднее, чем узнать лично у Бога точную дату Апокалипсиса и Страшного Суда. То, что архивный робот отоварил его еще и этой папкой было типичным примером бюрократического маразма:

    где-то – как и полагается в таких случаях – на предпоследней странице – в «Доп.