Он кивнул на почти невидимый во мраке поплавок.

    – Ишак, – сухо заметил Фигман. – Это я не вам, шеф...

    Он придавил глушилку.

    – Там наживки – никакой, дубина!...

    * * *

    Рамон задумчивым взглядом провожал к потолку еще одно невесомое колечко легчайшего табачного дыма. Он не спешил с санкцией на захоронение адвоката Гопника в пригородном лесонасаждении. Как всякий опытный руководитель он избегал принимать решения, ведущие к необратимым результатам.

    * * *

    – Все равно – клюет... – настаивала на своем упрямая шестерка.

    И впрямь: поплавок демонстрировал все признаки наличия клева.

    Все уставились на него как загипнотизированные.

    Адвокат Гопник с облегчением прислушивался к тому, как по его телу разливается неприятное, покалывающее тепло. Он раскусил ТУ капсулу.

    – Здесь раньше корейцы карпа разводили... – задумчиво заметил второй из подручных. – Глупая, между прочим, рыба... Пузырь ставлю...

    * * *

    – Решай сам... – определил Рамон свой вердикт.

    Запоздав на две-три десятых секунды.

    * * *

    Не дожидаясь, пока ее прикопают в лесополосе, рыбка резко – и совершенно неожиданно – сиганула головой вниз – под мостки, солидно обдав брызгами всех присутствующих.

    – Стрелять? – осведомилась первая шестерка, утираясь и держа пушку на готове.

    – Нет, зараза – глаза таращить!!! – заорал Кукиш, всаживая в потревоженную воду заряд за зарядом из своего армейского бластера.

    Проклятое оружие, к сожалению, работало почти бесшумно и не давало никакой психологической разрядки. Только вода вскипала там, куда ударял заряд – громадными пузырями – да выброшенный из них пар туманом стлался по-над темной гладью.

    Вся компания сосредоточенно расстреливала поверхность Ближнего минуты три-четыре, и всю дорогу Рамон интересовался по блоку: что там у них происходит. Потом Кукиш махнул стволом самому мрачному из своих ассистентов и тот полез под мостки причала. Долго там сопел, светил фонариком и матерился. Кукиш, тем временем, приглушенно объяснялся по блоку с шефом, используя по инструкции иносказания – код кодом, а все-ж береженого Бог бережет... Ясности выдаваемому им тексту это не прибавляло.

    * * *

    – Парень, кажется, вконец спятил, – сказал в пространство Рамон и, морщась, положил трубку на стол. – Но так или иначе, Гопника они, видимо, только что угрохали. При попытке...

    Сидевшему напротив это было совершенно безразлично.

    * * *

    Первая шестерка озабоченно наклонилась над темной водой.

    – Во, какая херня вышла... – задумчиво сказал мордоворот. – Кажется, и впрямь, утоп...

    Кукиш зло рванул из настила удилище. Здоровенная рыбина описала в ночном воздухе широкую дугу, грянулась в пучину вод и там исчезла.

    – Сорвалось... – констатировал положение дел мрачный «водолаз».

    Небо прорезала ослепительная молния и на землю Прерии обрушился дождь.

    * * *

    Короткая гроза уже сходила на нет, когда запыхавшийся и мокрый Тони подоспел к «Фольксвагену» в котором, приняв максимально скептический вид, его поджидал Адельберто Фюнф.