Гонсало тяжело вздохнул.

    – Не будет, – уныло признал он. – Фокусов не будет...

    Вспомнил про письмо с обратным адресом Почтамта и нервно дернул щекой.

    * * *

    Господин секретарь сидел за своим столом, взяв пальцы в замок и напыженно изображал до предела возмущенную беспристрастность.

    Конопатый детина в штатском, не в силах сдерживать себя, мерил кабинет широкими шагами. Полковник Ваальде – на кресле в сторонке

    – был всецело поглощен жизнью громадного аквариума, украшавшего кабинет господина Азимова. Ким, спокойно занявший предложенное ему место, ожидал – какой именно грозой разразятся сгустившиеся над его головой тучи.

    – Вы, кажется, уже знакомы с майором Свирским из нашей контрразведки, – сухо уведомил Кима господин секретарь. – У майора есть претензии к вашему способу вести дело...

    Ким изобразил на лице полнейшее внимание и обратил его к малозапомнившемуся ему – по правде говоря – майору. – Вы были предупреждены, господин э-э... агент, – с раздражением начал тот, – о вполне определенном разделении функций между членами нашей комиссии... Во всяком случае, не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что все моменты дела, связанные с такими вопросами, как шпионаж и внешние отношения Прерии, целиком и полностью относятся к компетенции контрразведки и внешней разведслужбы планеты...

    – Ни коим образом не покушаюсь на ваши прерогативы, майор... – только и успел вставить Ким.

    – И тем не менее, – майор Свирский возвысился над Агентом на Контракте подобно утесу, – как только мы направляем запрос в управление исправительных заведений относительно одного из фигурантов в предшествовавших эпизодах шпионажа по работам Толле...

    Как только мы направляем свой запрос, мы тут же выясняем, что интересующий нас тип отправлен в столичное следственное управление по запросу, подписанному господином Ясновым...

    «Вот он мне и отрыгнулся – неумело построенный разговор с господином Пареных», – констатировал про себя Ким.

    – Вы имеете ввиду Пера Густавссона? – как можно более невинно уточнил он.

    – Именно его, черт побери! – окончательно взорвался Свирский.

    – Вам, милостивый государь, ничего не сказало название статьи, по которой загремел мистер Густавссон? «Шпионаж»! И вы, тем не менее, ничтоже сумняшеся...

    – Прежде всего, – не дал ему развернуть атаку по флангам Ким, – наша следственная группа не собирается разрабатывать Густавссона по линии шпионажа. Нам нужен человек, который помог бы нам спрогнозировать поведение Гостя в условиях Прерии и по возможности помог бы вступить с ним в контакт... Напомню, что пока нет никаких оснований полагать, что в деле участвует агентура третьей стороны... Да и Густавссон осуществлял скорее промышленный шпионаж, а это...

    Белесые, почти невидимые брови майора Свирски иронически взмыли ввысь.

    – Вот как? Нет оснований полагать?... Промышленный шпионаж?... Невинный промышленный шпионаж?... Извольте ознакомиться вот с этим...

    – Стоп, стоп, стоп, стоп! – господин секретарь еле успел перехватить пущенную решительным движением майорской руки по полированной глади стола тонкую стопку распечаток. – Господину агенту следует предварительно дать подписку о неразглашении...

    – Я-то полагал, что дал их все.