Слитный вздох пронесся по залу, словно ветер с моря на миг заглянул в него. Худые, костистые пальцы вынырнули на свет, сжимая извилистое змеиное тельце. Истарх вздрогнул, поняв, что выпал его тотем – Уж.

Сверкающие, словно листья после дождя глаза Феоклимена быстро отыскали его, выдернули из толпы. Голос мага обрел почти осязаемую мощь.

– Подойди ко мне, Истарх, – сказал он ласково, словно отец сыну. – Ты избран для Пути.

Пытаясь отвести взгляд, Истарх пошел вперед, к возвышению, на котором стояли маги. Тело ему более не подчинялось. Говорить было трудно, словно язык заменили куском камня:

– Я пришел!

– Вижу, – лицо Феоклимена осветилось довольством. – Тот, кто может говорить под силой моего взора, способен на многое. Я верю, что ты выполнишь поручение, доставишь мага туда, куда нужно. Корабль ваш готов. Можете отплывать. Плотин!

– Я здесь, учитель! – молодой маг с редкими даже для жителя архипелага светло‑зелеными волосами, выступил из рядов.

– Да будет с вами помощь Творца. С тобой, Плотин, и с тобой, Истарх. Идите.

Верховный маг сделал повелительный жест, и Истарх ощутил, как кланяется, разворачивается, и как ноги несут его к выходу. Мелькали лица мореходов, облегчение на них странным образом мешалось с завистью.

Выйдя из храма, Плотин махнул рукой, приглашая следовать за собой. Они свернули налево, выйдя к той части берега, на которой Истарх не успел побывать. Редкие деревья все же скрывали берег, а когда вышли к морю, Истарх не мог сдержать вздох восхищения. Корабль, представший его глазам, был прекрасен. Небольшой, соразмерно составленный, он казался созданным для того, чтобы летать над волнами, обгоняя альбатросов и чаек.

Лодка с двумя дюжими матросами взяла на борт пассажиров, и вода застонала под ударами весел. Маг молчал, а Истарх не мог отвести взора от своего, да, теперь уже от своего, корабля. И не имеет значения, что на этом красавце придется отправиться в далекие южные моря, откуда почти нет шансов вернуться. Море в конце зимы бурно и непредсказуемо, драконы Остроухих быстры и беспощадны, но для чего живет мужчина Зеленых островов, как не ради опасности на воде? Море кормит, дает жизнь, но иногда убивает. С этим можно только смириться. И пело сердце Истарха весенней пташкой, забывая о грядущих печалях.

Старик

– Интересно, охраняется тут граница или нет? – размышлял Хорт, продираясь через густые заросли бузины, что изрядно затрудняли путь.

– Не слабее, чем на севере, – предположил Родомист, поправляя сползший мешок. – Новгородское княжество опаснее для Эрина, чем наше.

Разведывать обстановку пришлось Хорту. Оставил он спутников надолго, а вернулся недовольный, словно собака, у которой из‑под носа стащили кость.

– Ну, что скажешь? – накинулся на охотника Леслав.

– Тут, конечно болот таких нет, как на севере, но засеки и дозоры встречаются. Придется петлять.

– А как с той стороны границы нас встретят, ты думал? – спросил Ратан.

Хорт со скрежетом почесал грудь, в глазах его проступило изумление:

– Нет, не думал, – сказал он, покачивая головой. – А надо было!

– Думать можно что угодно, – проворчал Родомист. – Все равно, пока туда не доберемся, ничего не узнаем. Хватит лясы точить.

– Придем‑то, оно, конечно, придем. И узнаем, – сказал Хорт несколько туманно.