|
Один вездеход, правда, задержался. Эта машина была настоящим монстром. Сдвоенные башни с пулеметами поливали все подходы градом свинца. Солдаты Торренса снова и снова бросались на штурм, но, не выдержав огня, каждый раз отступали. И тут из здания штаба выбежал Сэм Даймс. В его руках был портфель, набитый документами, которые ни при каких обстоятельствах не должны были оказаться в руках врагов. Рядом с Сэмом, отстреливаясь на ходу, бежала Джесми. - Давайте, ну давайте же... - шептал я, сжав кулаки. До вездехода оставалось совсем немного. Еще несколько секунд - и они будут в безопасности. Но мои молитвы ни к чему не привели. Я увидел, как люди в камуфляже выкатили на боевую позицию крупнокалиберную базуку. Выстрел прямой наводкой с расстояния тридцать шагов пробил стальную грудь чудовища, боезапас взорвался, обе пулеметные башни взлетели в воздух, вездеход превратился в огненный шар. Я отказывался верить своим глазам. Взрыв бросил Сэма и Джесми на землю, но они мгновенно вскочили на ноги и в надежде найти укрытие бросились к столовой. Однако я знал, что передышка, которую они там получат, окажется слишком короткой. Я повернулся и резко дернул Гэбриэла за рукав. - Надо возвращаться! - Зачем? Мы почти на свободе! - Там Сэм и Джесми. Они в ловушке! Гэбриэл оглянулся и, мгновенно оценив ситуацию, закричал: - Водитель! Поворот на сто восемьдесят градусов... И будь готов к приему пассажиров! - Он поглядел мне в глаза: - Что ж, Дэвид. Пожалуй, пришло время помолиться. Через мгновение мы сунем головы в львиную пасть. Глава 25 Отступление Теперь мы спускались под гору, и вездеход катился к зданию столовой значительно быстрее, чем минуту назад, когда мы ехали к пролому в изгороди. Джесми била из окна длинными очередями из своего пистолета-пулемета, а Сэм стрелял из револьвера, укрывшись за дверным косяком. Положение было хуже некуда. Примерно тридцать десантников приближались к зданию, поливая его огнем из всех видов стрелкового оружия. - Надо действовать максимально быстро! - крикнул Гэбриэл. - Когда будем двигаться вдоль здания, открывай люк и втягивай на ходу обоих. Я кивнул, вцепившись обеими руками в разделительный барьер. В своей прозрачной кабине мы являли собой превосходную мишень. Я знал, что нахожусь за закаленным бронестеклом, но мне не хотелось, чтобы на прочность его испытывали пули. Когда мы оказались на ровной площадке и развернулись к столовой, прямо на пути вездехода оказались несколько солдат противника. Успех и провал операции измерялся секундами. Стоило одному из них метнуть гранату в помещение столовой... Увидев перед собой людей, водитель машинально надавил на тормоз. - Гони! - рявкнул Гэбриэл и для убедительности пнул дверь кабины. - Если эти свиньи не разбегутся, дави их к чертовой бабушке! "Свиньи" разбежались. Они отскочили в стороны, когда "Джамбо" с ревом двинулся на них. Из-под гусениц летели во все стороны комья грязи. - Готовься открыть люк! - крикнул мне Гэбриэл и стал руководить действиями водителя. Машина должна была подойти как можно ближе к зданию столовой. Враги расступились перед нами, как Красное море перед Моисеем. Теперь их было огромное множество. Нас, если продолжить метафору, окружал океан людей в камуфляже. Я быстро огляделся. Лагерь был полностью в руках врага. Но, как я подозревал, период оккупации окажется не слишком долгим. Со своего места я видел, как спешат триффиды. Верхушки стволов ритмично раскачивались, длинные ядовитые стрекала хлестали воздух. Они потоком вливались через проломы в изгороди. Часть из них останавливалась над мертвецами, другие продолжали свой поход. Эта ночь в лагере станет ночью пиршества. - Будь они прокляты! - с горечью воскликнул Гэбриэл. Посмотрев вперед по ходу машины, я увидел группу людей. Они не пытались от нас бежать. Двое из них наводили черное жерло здоровенной трубы. |
