|
- Теперь я чувствую себя виноватым во всем. По моей вине сегодня утром погибли десятки хороших людей. - Не согласен. Как ни погляди, вина ложится на одного Торренса. Только у него руки по локоть в крови. - И что теперь? - Несколько дней мы простоим лагерем здесь. Затем, когда они отправятся домой, вернемся, очистим базу от триффидов, восстановим заграждение и отстроим разрушенные дома. И похороним то, что останется от мертвых. Работы будет по горло, но мы справимся. - Но у вас же имеются военные самолеты. Вы можете начать охоту на уходящие суда Торренса и разбомбить их вдребезги. - Да, можно, - согласился Сэм. - Только дело в том, что много наших людей сегодня попали в плен. Они тоже на этих судах. Надеюсь, что придет день, когда они снова станут свободными. - А до этого они будут рабами? - Да, - ответил он, задумчиво потирая кончиком указательного пальца переносицу. - А пленные женщины будут использованы для реализации великого демографического плана Торренса. Их насильственно оплодотворят, и у них появятся дети. Много детей. - Он говорил очень устало. - Я постараюсь вздремнуть и тебе советую. Нас ждут очень трудные дни. Он поднялся, подошел к вездеходу и сел на землю, опершись спиной на железный бок машины. Сомневаюсь, что Сэм Даймс в ту ночь сомкнул глаза. А если я ошибаюсь и он все-таки спал, то его, наверное, до утра мучили кошмары. Глава 26 Звук и зрение На следующее утро не успел я толком проснуться, как Гэбриэл принялся трясти меня за плечо. - Дэвид, я хочу, чтобы ты кое на что взглянул и высказал свое мнение, - произнес он с видом человека, только что нашедшего клад. Я отправился вслед за ним к границе лагеря, обозначенной стоящими впритык вездеходами. В свете туманного утра вездеходы были похожи на слонов даже больше, чем обычно. - Думаю, у нас очень скоро появится множество соседей, - заметил я. Несколько десятков триффидов уже ковыляли к лагерю. На их пути стеной стояли вездеходы, но тем не менее приходилось быть внимательными, чтобы не попасть под удар длинных стрекал. - Встань вон на тот пень, - сказал Гэбриэл, - так, чтобы они тебя ясно увидели. - Гэбриэл, - назидательно произнес я, - эти твари лишены зрения, а я их видел неоднократно. - Верно. И все же, прошу тебя, заберись на пень. Не бойся, я хочу тебе кое- что продемонстрировать. - Но они... - Да послушай ты! - перебил он. - В них появилось что-то новое. - Ты о чем? - Если не ошибаюсь, эти ребята научились еще одному фокусу. Я взобрался на пень, вознесясь фута на четыре над землей. Ближайшие ко мне триффиды были скрыты стеной из вездеходов. Над машинами виднелись только верхушки и чашечки со стрекалами, однако в сотне ярдов от меня имелось небольшое возвышение, на котором торчали несколько триффидов. Этих триффидов я видел целиком - от корней до макушки. С холма доносился звук. Растения колотили своими короткими отростками по стволу. Я бросил на Гэбриэла вопросительный взгляд. - Что ты слышишь? - спросил он. - Ничего, если не считать барабанной дроби. - Ты хочешь сказать, что не заметил этого, взобравшись на пень? - Не заметил - чего? - Замри на несколько секунд. - Гэбриэл... - Сделай, как я прошу. - Он произнес эти слова очень серьезно и очень настойчиво, словно за ними скрывалась какая-то тайна. - Ну хорошо. Скажи толком, чего ты от меня хочешь. - На счет "раз" замри и стой неподвижно пять секунд. Затем быстро подними обе руки над головой. Когда сделаешь это, внимательно прислушайся к триффидам на возвышении. Я в точности последовал его инструкциям. По команде "Раз!" я замер. До меня доносилось неторопливое постукивание отростков о ствол. Так человек в задумчивости стучит кончиками пальцев по столу. Но как только я поднял руки, со стороны возвышения послышалась какая-то маниакальная дробь. |
