|
Но тут случилось кое-что совсем непредсказуемое. С другого конца улицы раздалось грозное урчание мощных моторов, затем нарисовались три следовавших друг за другом автобуса, они притормозили в полуметре от замыкающей кортеж машины, а из них, как горох из банки, стали выскакивать бравые молодцы в камуфляже с автоматами наперевес. Аварийка тут же перестала совершать нелепые маневры, замерла, открылась задняя дверь, и оттуда тоже посыпались омоновцы. Никто из тех, кто сидел в украшенных автомобилях, ничего толком не понял. Тем временем с двух сторон вдоль тротуара слаженным порядком выстраивались грозные бойцы. После чьей-то неслышной команды они сделали два шага вперед и стали тыкать в окна короткоствольными автоматами, требуя от участников церемонии открыть двери машин. Затем начали бесцеремонно вытаскивать самих участников наружу. Некоторых побросали на землю, матерясь и ласково тыча в ребра крепкими кулаками. Подруги невесты завизжали, но визг был пресечен грозными окриками омоновцев. Друзья жениха вели себя более грамотно, не кричали и не сопротивлялись, но тем не менее не избежали профессиональных тычков и грубого изъятия только что отсалютовавших орудий.
Степан, как и многие, лежал лицом вниз, со сведенными на затылке ладонями, и пытался выплюнуть забившуюся в рот смесь из снега, грязи, мазута и еще неизвестно чего. Но чтобы выплюнуть, нужно было хоть чуть-чуть подняться. А сделать это было никак нельзя. Потому что, как показывает практика и назидательные кадры сериалов о ментах и бандитах, можно получить удар по затылку. Степан затаил дыхание и вообще постарался притвориться мертвым или потерявшим сознание, на худой конец. Говорят, иногда это срабатывает. Сейчас его волновала только одна мысль: где Наташа? Неужели ее тоже, как и всех, лицом в грязь? Если так, то зря они… Степа все на карту положит, но омоновцев этих из-под земли достанет, даром что они в масках. Вычислит каждого и самолично замочит. А перед тем как замочить, точно так же, как они, поизмывается немного… Где-то неподалеку раздался женский вскрик. Степашке показалось, что это голос его суженой. Последнее переполнило чашу его терпения. Ну уж хрен он будет сейчас трупаком прикидываться! Все, хватит, достали! Степан изо всех сил напряг брюшной пресс, напружинил бицепсы и трицепсы, стремительно, словно ядро из пушки, подскочил и сразу же очутился на крепких своих ногах. Ему для этого даже помощи рук не потребовалось. Ладони с затылка он снял уже в стоячем положении. Первые бывшие поблизости омоновцы тут же упали замертво, стукнувшись лбами не без помощи Степашки. Стоявшие чуть дальше четверо почти одновременно натолкнулись на пудовые Степины кулаки. Реквизировав у ослабевших противников дубинки, жених со скоростью молнии стал крушить все на своем пути, а именно: каски, головы, щиты, руки, ноги, туловища… Степана Владленовича недаром называли Бешеным Кокой. В гневе он был страшен. Неизвестно, сколько бы еще бойцов полегло под его ударами, если бы сзади не навалились на Степу две огромные туши и не подмяли его под себя…
Очнулся Степан Владленович в салоне папиного подарка. Помассировав свой богатырский затылок и оглядевшись, он, прежде всего, увидел напротив свою возлюбленную, которая смотрела на него с восхищением. Однако, заметил Степан, от былого совершенства ее царственной упаковки не осталось и следа. Платье было помято и утратило свою нездешнюю безупречность. Прическа растрепалась, а прозрачные капельки в ней уменьшились числом. Фаты-короны, благодаря которой Натали была так похожа на властительницу Вселенной, не было вовсе. Только в лице ее, пожалуй, ничего не изменилось. Оно было светло, свежо и прекрасно, как всегда. «Стало быть, ничком в грязи она не лежала, — сделал логический вывод Степашка. — Но, наверняка, сопротивлялась. Ну кто после этого посмеет сказать, что я сделал плохой выбор? Она не только красавица, она еще и верный боец в команде. |
