|
Для пейнтбола и десять минут — слишком большой срок, если команды играют в малом составе. А тут прошло уже пятнадцать, над городом сгущались сумерки, но ни одна из сторон не понесла серьезных потерь. И никто до сих пор не сумел приблизиться к финальной елке, не говоря уже о том, чтобы захватить ее. Двухметровая на этот раз красавица стояла немым и веселым укором претендентам. Фронтальные и фланговые игроки притомились, отбегав более четырех игр подряд, у снайперов запотевали защитные очки и окуляры прицелов, действующие на подстраховке застаивались, а от постоянного напряжения реагировали на двигающиеся мишени запоздало. Прибалтийские пейнтболисты работали четко, по выученной, вероятно, схеме, но это их и подводило, потому что «Викинги» знали, откуда ждать того или иного игрока, угадывали, что он будет делать, и не давали прорваться к заветной цели. Но и им самим не удавалось пробить оборону противника, поскольку организована она была безупречно. Дело шло к длительному выжиданию с обеих сторон, пока тот или иной участник действа не совершит ошибку.
— Катенька, я хочу эту елочку, — прошептала Елизавета Петровна, пригнув голову за кучей мешков с песком. — Я тоже, Лизанька, — ответила ее подруга, укрывавшаяся тут же. — Но если мы сейчас выбежим, нас пристрелит снайпер слева. — А если бежать в разные стороны? — предложила Елизавета Петровна. — Ребята нас прикроют. — Тогда нас поймает на мушку снайпер за забором. Ты видела — его башмак высовывался оттуда два раза. Он будет стрелять в тебя. А в меня — тот, который окопался в сугробе возле судейской будки. — Но что же делать? — недовольно проговорила Елизавета Петровна. — Мы не можем сидеть здесь до бесконечности. Пусть в нас попадут, но фланговые и средние вполне могут добраться до елки. А если и их выбьют, остается еще Игнат. Он никогда не проигрывает даже в одиночестве. — Не знаю, как ты, Лизанька, — ответила Екатерина Максимовна, — но я хочу эту елочку сама. И не хочу пятнать свою репутацию самого незапятнанного игрока турнира. — В этом ты совершенно права, — согласилась Елизавета Петровна.
— Что они тянут? — проворчал Денис, обращаясь к Саше. Они окопались неподалеку от «передовой», но на значительном расстоянии от укрытия старушек. — Может, у них сердечный приступ случился или ноги отнялись? — Скорее, у нас ноги отнимутся, — хмыкнула Саша. — Может быть, они тактику обсуждают. — Еще немного, и нам потребуются прицелы с ночным видением, — буркнул он. — Что за игра, когда все сидят по норам! Я сейчас не выдержу и побегу. У меня задница подмерзает. Ты видишь Игната? Когда он даст сигнал к штурму? — Я вижу его вымпел, — сказала Саша. — Он приказывает выступать только после того, как из-за укрытия вылезут бабушки. Мы же их прикрываем, ты забыл? Кстати, Артур Арнольдович и Сега начали передвижение на брюхе. — У-у-у… — застонал Денис. Неизвестно, сколько бы продлились его мучения, но в стане противника произошли серьезные перемены. Видимо, экспрессивные в глубине души прибалтийские стрелки не выдержали ожидания. Одновременно из-за всех укрытий стали подниматься бойцы, кто-то из «викингов» крикнул: «Атака зеро!», группа прикрытия поднялась и вскинула маркеры. На передний край вскочили фланговые и, разбегаясь в стороны, стали стрелять в обнаружившиеся мишени автоматическими очередями. Наконец из-за мешков выбежали экстра-бабушки и тоже включились в дело. Сзади шла серьезная «огневая» поддержка «генеральского» резерва. |
