Виктор беззвучно засмеялся.

— Не тряси настил. — недовольно отозвался Борька. — А то…

— А то что? Мертвецы всплывут? — со смехом отозвался Кондаков.

Оператор повернулся, не отрываясь от камеры и глазок её уставился на ре-жиссёра.

— Кто это идёт за нами? — выдохнул Борис.

— Кто?! — подпрыгнул и закачался на шаткой доске Виктор. — Идиот, чуть не напугал меня! Ещё раз сделаешь так, получишь в гнобель!

Позади только пузырилась над тропой вода. Они растревожили торфяник, хлюпая доской, и теперь из недр болота поднимался слегка вонючий болотный газ.

— Говорю тебе, там кто-то есть! — с неподдельным ужасом воскликнул Борька.

Кондаков опять вгляделся.

— Никого там нет! — и он сердито обернулся к оператору. Борька не смотрел на тропу, он вглядывался в видоискатель.

— Дурачишь, да?

— Смотри, я отмотаю назад. Вот ты, а вот это кто позади тебя?

Виктор повернул к себе маленький экранчик портативной японской камеры. В кадре виднелась его физиономия с раскрытым ртом. А сзади на неопределённом расстоянии виднелась неясная тень с очертаниями человеческих плеч и головы.

— Боря, возможно это мираж, а может, болотный газ так отражает свет. Жаль, что в кадр попала моя морда, а то привидение могло пойти в монтаж.

Оба опять пошлёпали по тропе. Немного дальше должен быть колышек на островке. Компьютерщики достроят это невзглядное местечко до размеров нас-тоящего островка. На нём вырастет виртуальная церквушка. Конечно, по жизни церковь на болотах не строят, но в сюжете фильма ужасов такое допустимо. А внутренние сцены можно снять и в павильоне.

— Ты не зевай по сторонам. — заговорил Борис. — Я что-то колышка не вижу.

— Значит, не дошли ещё.

Пространство впереди медленно затягивалось редкой пеленой. Туман снова наступал и это было плохо. Они не успели снять натуру.

Оба одновременно обернулись. Сухой берег скрылся из виду. Расстояние до него было небольшим, но пробираться наощупь было страшно.

— Двигай вперёд, переждём на островке. Я точно помню, что это недалеко.

— Кажись, туман развеивается. — обрадовался Борька.

Впереди по курсу в самом деле рассеивались редкие белесые клочья.

— Снимай скорее! — поторопил Виктор. Уж больно впечатляюще смотрелись эти полупрозрачные лохмотья, плывущие по каким-то неведомым законам в про-тивоположные стороны — словно разъезжался театральный занавес.

— Витя… — потрясённо прошептал Борис.

«Болотный глюк.» — растерянно подумал режиссёр.

Прямо перед ними из сумрачного мха, из серой мглы вырастали стены болот-ной церкви! Возносились шершавой безоконной стеной серые брёвна с потрес-кавшимися торцами. Крыша нахлобучена, как размочаленная соломенная шляпа. Высокий чёрный шпиль. И прямо на замерших людей смотрел провал распах-нутого настежь входа.

— Наверно, болотный газ вызывает галлюцинации… — шёпотом сказал Борис.

Кондаков опомнился и посмотрел через его плечо в видоискатель.

— Если тут кого и глючит, то не нас одних. — ответил он.

В окошечке экрана явно виднелась серая громада церкви на болоте.

Ногой в резине Виктор осторожно подавил на берег. Нет, всё в порядке, нога не тонет. Тогда он выбрался на траву. Следом, не отрываясь от аппарата, влез опе-ратор.