Дайна была довольна. Ну как же, кто знает, как ещё пойдут дела в её мастерской, а тут готовый покупатель сразу на добрый десяток несложных, но нужных артефактов. Оптовый и, самое главное, постоянный. Чем не повод для радости?

Вот с фацетированным стеклом для перегородок и витрин, а также с зеркалами и люстрами мне пришлось помучиться, это да. А всё жадность. Я как услышал, сколько здесь стоит качественно обработанное стекло, а пуще того, изделия из него, так и задался целью сделать нужное нам самостоятельно, используя в качестве исходных материалов куда более дешёвое оконное стекло.

И ведь сделал, хотя это оказалось совсем непросто. Упрямый материал куда хуже, чем обсидиан, поддаётся изменениям, поскольку так и норовит растечься бесформенной лужицей или рассыпаться опасным мельчайшим крошевом. Но всё же я его переупрямил, и теперь контора Дайны может похвастаться солидными витринами для размещения образцов её творчества и весьма броскими разноцветными плафонами светильников. А за барной стойкой моего паба мягко играет отражениями огромная и чрезвычайно прочная полупрозрачная зеркальная панель длиной в добрых полдюжины рядов, отделяющая зал от пивоварни и кухни. Да и выходящие на улицу большие фацетированные окна с частой расстекловкой, на мой взгляд, смотрелись весьма достойно что в зале моего заведения, что в витрине будущей конторы Дайны.

Ремонт в домах закончился только к лету. Впрочем, о наступлении последнего я узнал, лишь глянув на календарь. А так, дождливая погода и вечные утренние туманы не давали ни малейшего намёка на смену времени года. Разве что потеплело немного, так с моей толстой шкурой и способностью спать зимой на голых камнях я этого толком и не заметил. Вот кстати, узнав о моей толстокожести, Дайна немало удивилась, зачем было тратить столько сил, времени и денег на организацию отопления в доме, если оно мне, по сути, без надобности. В ответ я ткнул пальцем в надраенное до блеска окно витрины, за которым виделся пока ещё пустующий зал паба.

– Клиенты, – догадалась орчанка, хлопнув себя ладошкой по лбу, и, глянув на протянутую ей металлическую пластинку, с удивлением прочитала моё дополнение к её догадке.

«А ещё ходить по каменному полу босиком куда приятнее, когда он тёплый, а не холодный».

– Сибари-ит, – протянула орчанка с лёгкой насмешкой в голосе и, вдруг прищурившись, ткнула меня пальцем в грудь. – Кста-ати, кто-то, помнится, обещал угостить меня блюдами и напитками, что собирается подавать в своём заведении. И когда?

«Можно сейчас». – Послушная моей воле, надпись на металлической пластинке изменилась. Я улыбнулся и, отворив дверь паба, сделал приглашающий жест рукой. Дайна замерла было на миг, но тряхнула головой и, сделав решительный шаг, пересекла порог моего заведения. Впервые с момента окончания ремонта, между прочим. Хотя, если подумать, то я ведь и сам в её доме ещё не был.

Впрочем, у нас обоих были весьма веские основания для такой вот задержки с новосельем. Дайна сначала металась по городу в поисках инструментов и толковых поставщиков материалов для будущей работы, а потом заперлась у себя в мастерской, обживая и обставляя рабочее место. Я тоже поначалу носился по окрестностям, как ужаленный, в поисках готовых к сотрудничеству с синим носорогом продавцов продуктов и сырья для будущих напитков, а после пошла заготовка и мне стало совсем не до встреч и болтовни с кем-либо. Контроль за вызреванием мяса, копчение будущих закусок и размещение готового продукта в погребе, пиво и самогоноварение. Изготовление наливок и настоек – дел было столько, что к вечеру у меня хватало сил лишь на то, чтобы доползти до постели и уснуть ещё до того, как голова коснётся подушки.

Нет, были бы у меня помощники, дело пошло бы веселее, но в том-то и проблема… Казалось бы, вокруг бродят тучи безработного народа, нанимай любого! Так ведь нет… Это Дайна с Фари, Падди да некоторые торговцы на рынке привыкли к моему виду.