.. Волнение у ней всегда принимало такой вид, как будто она злится.
Вы, вероятно, спрашиваете себя, — начала она снова, — зачем эта барышня мне все это рассказывает? Вы, должно быть, то же самое
подумали, когда я вам сообщила известие...насчет господина Маркелова.
Она вдруг нагнулась, сорвала небольшой грибок, переломила его пополам и отбросила в сторону.
— Вы ошибаетесь, Марианна Викентьевна, — промолвил Нежданов, — я, напротив, подумал, что я внушаю вам доверие, и эта мысль мне
была очень приятна.
Нежданов сказал не полную правду: эта мысль только теперь пришла ему в голову.
Марианна мгновенно глянула на него. До тех пор она все отворачивалась.
— Вы не то чтобы внушали мне доверие, — проговорила она, как бы размышляя, — вы ведь мне совсем чужой.
Но ваше положение и мое — очень схожи. Мы оба одинаково несчастливы; вот что нас связывает.
— Вы несчастливы? — спросил Нежданов.
— А вы — нет? — отвечала Марианна.
Он ничего не сказал.
— Вам известна моя история? — заговорила она с живостью, — история моего отца? его ссылка? Нет? Ну, так знайте же, что он был
взят под суд, найден виноватым, лишен чинов... и всего — и сослан в Сибирь. Потом он умер... мать моя тоже умерла. Дядя мой, господин
Сипягин, брат моей матери, призрел меня — я у него на хлебах, он мой благодетель, и Валентина Михайловна моя благодетельница, — а я
им плачу черной неблагодарностью, потому что у меня, должно быть, сердце черствое — и чужой хлеб горек — и я не умею переносить
снисходительных оскорблений — и покровительства не терплю... и не умею скрывать — и когда меня беспрестанно колют булавками, я
только оттого не кричу, что я очень горда.
Произнося эти отрывочные речи, Марианна шла все быстрей и быстрей.
Она вдруг остановилась.
— Знаете ли, что моя тетка, чтобы только сбыть меня с рук, прочит меня... за этого гадкого Калломейцева? Ведь ей известны мои
убежденья, ведь я в глазах ее нигилистка — а он! Я, конечно, ему не нравлюсь, я ведь некрасива, но продать меня можно. Ведь это тоже
благодеяние!
— Зачем же вы... — начал было Нежданов и запнулся.
Марианна опять мгновенно глянула на него. |