– С Шетарди? Ты ничего не путаешь? – я почувствовал, как дернулся глаз. – При чем здесь Шетарди?

– Так они же во Францию едут, с Людовиком разговаривать, а больше с кузеном его Людовиком Орлеанским, – я моргнул. Зачем они едут с ними говорить? И о чем шведский посол болтает с Лизкой?

– Вот что, организуйте мне охоту, – я открыл замок на сундуке ключом, протянутым мне Кером. – И царевну Елизавету оповести, Юрий Никитич, что жду ее с нетерпением, чтобы зверя покрупнее вместе загнать, – Репнин кивнул, я же рывком открыл сундук, но, прежде чем приступит к изучению содержимого под любопытными взглядами, повернулся к Керу. – Завтра же приступайте к переговорам, Георгий Яковлевич. Цинцев к калмыкам не допускать, пока мы к определенным договоренностям не придем. Богдыхан не идиот, и прекрасно понимает, что за военную помощь придется расплачиваться.

– Я возьму карту, государь? – я кивнул, и Кер забрал брошенную на стол карту, на которой я рисовал предполагаемую границу. Я же убрал наваленное сверху сено, или что это такое защищало содержимое и вытащил книгу. Повертел ее в руках и пожал плечами, и как я буду ее читать? Китайский я не знаю от слова совсем. Ладно, отдам Керу для перевода, когда освободится, пускай поработает. Но, прежде, чем отложить книгу в сторону, я ее открыл и едва не подавился, увидев, что она написана на кириллице. Прочитав то, что было написано на первой странице, я задумчиво посмотрел на каждого моего ближника рассеянным взглядом, а затем снова перевел его на книгу. Буквы, складывающиеся в слова, никуда не исчезли, тогда я начал судорожно листать этот труд, прекрасно понимая, что китайцы сунули мне в подарки именно ее, для того, чтобы хоть таким образом сохранить свое наследие от маньчжуров, которые повсеместно его сейчас уничтожали. Для всех остальных русских – это была всего лишь книга, но я-то знал ее ценность, особенно сейчас в надвигающейся стремительно войне.

– Посмотрите, что там еще есть, – я махнул рукой на другие сундуки и продолжил листать книгу. Где же оно?

– Государь, что это? – Шереметев крутил в руках весьма изящную чернильницу, сделанную из нефрита.

– Не знаю, тушь наверное. Они бы еще рецепт ее приготовления приложили, это было бы куда более ценным подарком, – я на мгновение отвлекся от своих поисков и посмотрел на Репнина, который в это время вытаскивал из очередного сундука… плуг?

– А это что такое присобачено, – Репнин щелкнул по отвалу, и я замер. Плуг с отвалом? Повернувшись к Керу, я вопросительно посмотрел на него. Востоковед пожал плечами.

– Еще Петр Великий весьма интересовался различными диковинками, и китайцы знают об этом. Вот они и привезли что-то, чего не видели у чужеземцев как те самые диковинки, – Кер погладил карту. – Они очень уважали твоего деда, государь Петр Алексеевич.

– Я в курсе, – плуг с отвалом, это хорошо. И хорошо, что его приперли именно китайцы. Люди падки на все иноземное. Если грамотно разрекламировать данное немного переработанное изделие, чем займется проштрафившийся Юдин, то оно быстро займет свою нишу и начнет приносить дивиденды. – Китайцы любят во всем тягу воды использовать. И вообще, у них многому можно поучиться, так что я считаю, что это очень хороший дар.

Посмотрев на плуг еще с минуту, я вернулся к книге. Это был «Холунцзин», и, если это была точная копия с оригинала, то тут должны быть гравюры с пояснениями. Да где же она? И тут я увидел то, что так старательно искал. «Хо Лун Чу Шуй», многоступенчатая ракета, которую Лю Цзи рекомендовал использовать в морских битвах, но я могу найти ей и другие применения. Так, вот и схема, и подробное описание, как ее сделать, как собрать стартовый двигатель, весьма подробно и поэтично описывается запуск ракетной стрелы из пасти дракона.