Сегодня Ольге Сергеевне предстояло принять экзамен по уголовному процессу у двоечников. Здесь нужно заметить, что будучи строгим и принципиальным преподавателем, она сама себе добавляла работу, весьма щедро ставя «неуды». Но меняться и становиться мягкотело-доброй Ольга Сергеевна не собиралась. Свой предмет знала она одинаково превосходно как с теоретической, так и с практической стороны. Ведь после окончания юрфака госуниверситета поработала два года эмвэдэшным следователем. Но потом вдруг осознание пришло, что нагрузка чрезмерно велика и силы полностью иссякли. Другие-то коллеги легко справлялись, можно сказать, играючи, как например уже немолодая соседка по кабинету и наставница Нина Александровна. Но для Ольги Сергеевны непреодолимый предел наступил. Начальник следственного отдела, безуспешно попытавшись отговорить от увольнения толковую сотрудницу, предложил словечко замолвить за нее в адвокатуру. Но отказалась Ольга Сергеевна по двум причинам. Во-первых, в гражданском праве она была, мягко говоря, не сильна, о чем свидетельствовала позорная тройка в дипломе. А одних только уголовных дел на всех не напасешься. Во-вторых, заработок адвоката напрямую зависит от количества дел. Чем их больше, тем он выше. А это опять-таки высокая нагрузка.

В конечном итоге выбрала Ольга Сергеевна преподавательскую работу и сразу почувствовала себя в своей родной стихии. Правда зарплата, скажем так, оставляла желать лучшего, но никаких денег с нее никто не требовал. Муж владел тремя продуктовыми магазинами и жизнь обеспечивал безбедную.

В колледже к ней подошел злостный двоечник и прогульщик студент Волков, имевший чрезвычайно удрученный вид:

– Ольга Сергеевна, я за пропущенные семинары написал рефераты. Вот, возьмите. Вы у меня сегодня примете экзамен?

– Да вообще-то рефераты надо было раньше сдать, чтоб я их успела проверить. А направление на пересдачу вы получили?

– Да-да, вот!

– Ладно, сидите, ждите.

– Спасибо вам большое!

К сожалению, господин Волков не одинок. По всей видимости такие студенты воспринимают платное обучение как покупку диплома в рассрочку. Да и тем более платят не они, а родители. Подобных недостудентов нужно без сожаления отчислять, ведь уже заранее известно, что не нужна и неинтересна им будущая специальность. Не учатся они, а срок отбывают с целью получения непонятно зачем нужных «корочек». Вот только директор на этот счет имел совсем другое мнение. «Студентов надо сохранять всеми силами! – неустанно повторял он. – Бюджетного финансирования у нас нет. Если всех начнем разгонять, то тогда на что жить будем?».

В преподавательской что-то усердно писал Демидов, коллега и неустанный воздыхатель Ольги Сергеевны. Увидев ее, он тут же бросил свою писанину и подскочил к ней с радостной улыбкой:

– Здравствуйте, Ольга Сергеевна! Вы даже не представляете, как я рад вас видеть! – сказал он и на пару секунд замер, выжидая слова взаимности.

Однако чуда не случилось и Ольга Сергеевна, как всегда, лишь сдержанно поздоровалась.

– Как будете отпуск проводить? – поинтересовался он.

– В Крым собираемся на две недели, а потом на даче буду.

– Эх, Ольга Сергеевна, вот хотите верьте, но мне перестал нравиться такой длинный отпуск! А все потому, что с вами не придется видеться!

– Успокойтесь уже, Александр Геннадьевич, смените пластинку!

Пятидесятилетний холостяк Демидов прекрасно знал, что Ольга Сергеевна несвободна, и у нее есть хорошая, крепкая семья.