— Нет! — грохнув кулаком по столу, возопил Эндоу. — Я не сумасшедший!

— Сумасшедший вы или нет — на данном этапе не важно. Решать это будут эксперты…

— Я не сумасшедший! — Эндоу вскочил на ноги. — Я был избран убить сенатора США Мартина Сент-Клауда. Мне была ниспослана миссия избавить мир от этого порочного и безнравственного субъекта!

— Избран? Ах, ну да, несомненно… — Барлоу, похоже, был слегка обескуражен. — Позвольте спросить просто из любопытства, мистер Эндоу, почему все же именно сенатор Сент-Клауд? Вы его знали?

Он чем-нибудь навредил вам лично?

— Да не знаю я его. И никогда не встречался лицом к лицу. Но он олицетворение зла, развратник; защитник черномазых, он… — Голос Эндоу начал срываться на визг.

Барлоу встревоженно заерзал на стуле.

— Ладно, ладно, мистер Эндоу. С этим мы разберемся попозже. А сейчас нам нужно решить два вопроса. Во-первых, хотите ли вы, чтобы я представлял ваши интересы в суде?

Эндоу в нерешительности заколебался. От одной лишь мысли, что этот человек может сейчас уйти и оставить его один на один со всем миром, сердце его затрепетало в паническом страхе.

— Но мне ведь нужен адвокат?

— Адвокат вам нужен, — сухо подтвердил Барлоу. — Думаю, мы можем смело констатировать этот факт.

— Денег платить адвокату у меня нет.

— Знаю. Уверен, мы что-нибудь придумаем… Теперь по поводу линии вашей защиты… — Заметив, что на лице Эндоу появилось упрямое выражение, адвокат решил сменить тактику. — Ладно, этим займемся позднее. В данный момент, возможно, подобный вопрос обсуждать преждевременно. — Он встал. — Сейчас я пришел только для того, чтобы присутствовать на вашем допросе. Вы готовы отвечать на вопросы? Я все время буду рядом, чтобы предупреждать, на какие вопросы вам отвечать, а на какие не следует.

— Готов, — коротко ответил Эндоу. — У меня ведь теперь есть адвокат. Мне нужно, чтобы они знали, почему я это сделал.

— Ax вот как… Ладно, посмотрим. — Адвокат взял со стола портфель и словно невзначай обронил:

— Прессе стало известно о вашем дневнике… Журналисты проявляют огромный интерес к его содержанию…

— Нет, не хочу, чтобы о моем дневнике трепались все газеты!

— Речь может идти об очень больших деньгах.

Ваш дневник хотели бы заполучить информационные агентства; мы могли бы выторговать еще больше, если бы заставили общенациональные журналы за него драться.

«Вот он, выход! — обрадованно подумал Эндоу. — Господь Бог не покинул меня в беде! Он указал мне путь, научил, как позаботиться об Эстелл». Он отвернулся от адвоката и несколько мгновений смотрел в крошечное зарешеченное оконце на захламленный дворик позади тюрьмы. Вспомнил вдову Освальда. За ее рассказ ей предлагали любые деньги. А его повествование уже все записано, один дневник, правда, попал в руки полиции, но остальные тетради, где в подробностях живописуются еще два убийства, надежно заперты в чемоданчике, который хранится у него дома.

Эстелл разбогатеет и сможет нанять кого-нибудь себе в помощь.

Он повернулся к адвокату.

— Если они так заинтересованы в одном дневнике, я смогу получить больше денег еще за два?

— В зависимости от их содержания, — осторожно ответил Барлоу. — А что в них?

— Я убил еще двух неисправимых грешников.