— Я уже говорил вам, Хорта, что на вашем месте я бы не доверял так сильно мало развитым цивилизациям. Вы всех меряете по себе, по своей истории, по своим принципам. Но мы — не вы, совсем не вы. Десять миллионов циклов мы жили в режиме постоянной войны. Война — это наша жизнь. Сейчас эта жажда крови просится наружу. Война, которую мы начнем через один цикл, будет самой страшной во Вселенной. Мы уничтожим всех вас: хасков, тарков, блогов, этих глупых чендов и маргов, тупых лардов — всех.

— Но, зачем? Зачем вам это надо? — сдавленным голосом спросил командор. — Что вам не хватает? У вас же есть все!

— Затем, чтобы доказать, что мы самые лучшие в этой Вселенной. Вы все будете только кормом для наших детей.

У Хорты нашелся свой аргумент.

— Но, если вы уничтожите всех, то опять будете жрать себе подобных? Вы просто вернетесь во времена каннибализма.

— Вряд ли. Вы же сами говорите, что наша вселенная бескрайняя. Тогда мы направимся туда, где должна быть жизнь. Расширять пределы империи. Ну, и даже если мы уничтожим всех? Если мы не найдем себе новых врагов? Что в этом страшного? Выживет сильнейший хинк. Умение убивать и выживать самим выкует самую сильную расу Галактики. После того, как вы неосмотрительно приказали нам сокращать рождаемость, мы перестали вам доверять.

— Но… но вы же сократили рождаемость? — не понял его Хорта.

— Нет, ни за что. Мы просто начали собирать яйца в специальные инкубаторы. Там они могут храниться сколько угодно времени. Полцикла назад мы начали их размораживать и растить новое потомство. Через два цикла у нас будет армия в три миллиарда солдат. А эта махина, — он поднял вверх руки, — станет курицей несушкой для нашей будущей армады нашего непобедимого космического флота.

После этого он усмехнулся.

— Прощайте, мой первый учитель. Жаль, что вы не увидите краха вашей цивилизации.

Балокк кивнул головой своему охраннику, и тот мощным ударом ребра своей четырехпалой руки переломил командору шею. А Глава хинков поудобней устроился в освобожденное кресло и с удовольствием положил руки на штурвал управления кораблем.

— Ах, как я все это люблю, и как я по всему этому соскучился, — пробормотал он. — Все-таки это гораздо интересней, чем управлять планетой.

Через два часа линкор плавно опустился на огромную платформу на безатмосферной луне третьей из планет в системе Хинкерид. Платформа тут же опустилась вниз, и крыша, замаскированная под природные скалы, сомкнулась над кораблем.

— Как в добрые, старые времена, — сказал Айрр Балокк, — причаливание всегда было моей гордость. Никто на курсе не выполнял его так точно и мягко. А теперь, господа, — он нажал на пульте несколько кнопок, и на экране появились какие-то сложные схему, — вот вам план этого корабля, а это, — он поднял вверх руки, — сам корабль. Надеюсь, вам удастся скопировать эту старую развалину. Только увеличьте мощность его орудия в два раза. Только когда эти вымирающие недоумки почувствуют его мощь на своих бортах, только тогда они поймут, что я был всегда прав.