– Так, еще одна защитная дверь, я по другую сторону. Тут считыватель карт. Что дальше, инспектор Гаджет?

– Есть куда вводить код?

– Да, панель с цифрами.

– Уже неплохо. Дай мне минутку. Не знаю, получится ли, но постараюсь добыть код из системы через твой «Пи».

Я кивнула и, скрестив руки, слушала, как Гейб неистово стучит по клавишам и временами бормочет ругательства. Я невольно улыбнулась, на миг мне безумно захотелось в гостиную, к нему – обнять за широкие плечи, прижаться губами к теплой шее там, где черные волосы подстрижены короче, чем на макушке. Я любила Гейба, любила всегда, но особенно в те минуты, когда он с головой погружался в работу. Даже не из-за того, как привлекателен человек, занятый делом, в котором очень-очень хорош. Сплоченность – вот в чем суть. Мы вдвоем стояли против целого мира.

А иногда, честно говоря, друг против друга. Брак браком, однако дух соперничества никуда не делся. Я ведь тоже хороша в своем деле. Очень хороша, между прочим.

Тем временем я подошла к панели и набрала «1234». Ничего – только мигнул красным датчик. Я пожала плечами. Неудивительно, и все же попробовать стоило. Набрала «4321». Опять ничего. На третью попытку не решилась – вдруг сработает блокировка, – но в голову пришла другая мысль, и я нашарила на дне рюкзака баллон со сжатым воздухом.

– Какие новости, милый? – спросила я, снимая колпачок. В ответ получила глухое ворчание.

– Неважные. Я в системе, но не могу войти от имени администратора. Хочу залезть на почту и проверить: вдруг код отправляли кому-то из сотрудников.

– Поторопись, Медуэй. Если ждешь меня домой поскорее, сам пошевеливай своим крепким задом.

В ответ он лишь фыркнул и от досады, и от смеха. Я приставила баллон со сжатым воздухом к щели в двери и нажала на клапан. С громким протяжным шипением воздух просочился в узкий проем – и дверь открылась. Я радостно пискнула. Стук клавиш прервался.

– Э-э… Что там у тебя?

– Да так, разобралась с ерундой, с которой технари и сами справиться могут.

– Подожди, открыла дверь? Как?

– А ты подумай, милый. Сжатый воздух через проем. Смена температуры сбивает с толку датчик движения. Вот тебе и хакерство!

– Ой, да завали ты.

– Разве мы не определились, что это ваша работа, мистер Медуэй? – подколола я, и досада от очередного поражения сменилась у мужа смехом.

– Да, точно. К слову о крепких задках – поторапливайся, детка. Тик-так.

– Тик-так, – согласилась я и пошла дальше по коридору, где лампы включались одна за другой.

Коридор оказался длинный, сплошные офисы, как и четырьмя этажами ниже, а серверная так и не нашлась. Я заглянула в комнату без таблички. Увы, это был чулан с моющими средствами, ведром и шваброй. Загорелась еще одна лампа – последняя. Не осталось ни единого предупреждающего знака на случай, если меня перехватят спереди.

В наушниках раздался треск.

– Ничего?

– Пока да, – бросила я и замерла, прислушиваясь.

– Ты… – начал Гейб.

– Тсс!

Гейбу дважды повторять не требовалось. Прозвучал негромкий щелчок: он отключил микрофон, чтобы не отвлекать меня даже дыханием.

Откуда-то спереди доносился шум. Слава богу, не шаги, а тихий гул вентиляторов и работающих кондиционеров. Серверную сначала слышишь, а уж потом видишь.

– Нашла, – прошептала я Гейбу. – Либо серверная, либо у них там самолет взлетает.

Наконец я дошла до двери с вентиляцией и надписью: «ВХОД ТОЛЬКО ПО ПРОПУСКАМ».

Я все равно нажала на ручку. Конечно, дверь не открылась, а вот отсутствие замочной скважины неприятно удивило.