— Как это? — не понял Михаил.

Дядька долго всматривался в него своими выцветшими глазами, но потом все-таки попробовал объяснить:

— Иной жульман и пушку на тебя наставит, а глаза-то бегают и ручонки дрожат! Посидеть бы тебе годков десять, все сам бы понял.

— Да нет, спасибо, — поперхнулся Силин. — В зону что-то не тянет.

— Так что надо тебе как минимум волыну завести перед разговором, — продолжил свои рекомендации Васян.

— Чего? — снова не понял Михаил.

— Ну, пушку, пистолет или обрез. И до самого Гарани тебе трудно будет добраться. Все разгонщики в городе под его началом, магазины трясут. Двое с ним постоянно пасутся, вон как мой шкаф размером, — Васян кивнул на остатки своей мебели за спиной Силина. Попробовали его грохнуть год назад, да в химкину хату не он, а его амбал угодил.

— За что же его так?

— Я ж тебе говорю, Гараня ссучился! Он ведь из настоящих воров, а тут ментов начал прикармливать. Жизнь другая пошла, бодяга. Мы-то все по старинке, по воровскому праву. А Гараня ушлый, быстро все раскумекал…

Он оборвал свою речь, прикрыв глаза, откинул голову на спинку дивана и коротко простонал.

— Тебе что, плохо? — спросил Силин, обеспокоившись.

— А, загнусь, похоже, скоро… Доплываю уже. И жизни как не было, так… Пересылка, вагонзак из детства на кладбище.

— Может, «скорую» вызвать? — тихо спросил Михаил.

Васян только сморщился. С закрытыми глазами его обезображенное лицо казалось ещё страшней, просто вставший из гроба покойник.

«А сколько ему лет? Тёте Зое сейчас шестьдесят четыре, значит… Федотычу пятьдесят три. Всего на тринадцать лет старше меня!»

— Чифира жалко, — неожиданно пробормотал дядька, не открывая глаз, — пристрелят кобеля.

После этого он окончательно смолк, и только короткое, дёргающее движение костистых ключиц в разрезе рубахи показывало, что он ещё жив, не то спит, не то отходит в мир иной.

Но больше всего пересудов у свечинских обитателей ходило про самый настоящий стриптиз, практикующийся в заведении Гарани. Михаил даже видел одну из этих рисковых дамочек. Был у них в бригаде Семка по кличке Динамит, ба-а-льшой специалист по женской части. Как-то раз Силин возвращался с ним с работы, болтали о разной ерунде, но вдруг Семка сделал большие глаза, больно ткнул кулаком в бок Михаила и громко прошептал ему на ухо: «Смотри, Элен!». Михаил глянул в сторону, куда с вожделением таращился низкорослый Динамит, и увидел высокую девушку, платиновую блондинку с красивым фарфорово-кукольным личиком.

— Одна из стриптизерш в «Золотом», — продолжал нашёптывать Семка.

Дело было уже по осени, на даме было длинное, до самых пят, кожаное пальто, и оценить фигуру женщины с такой редкой для Свечина профессией Силин не смог. Тем более что у тротуара её ожидал сиреневый «опель» с носатым шофёром за рулём.

— Такая женщина, ты видел бы, какая у ней грудь! — продолжал стонать истекающий слюной Динамит. Силину же девица не понравилась. От безупречно мраморного личика Элен веяло высокомерием и холодом. Проводив взглядом машину с этими двумя столь контрастными лицами, Михаил скептично хмыкнул.

— Может, она и красивая баба, но по ней видно, что стерва ещё та!

— Это точно, — подтвердил Семка.