Дедал (что в переводе означает «механик») сделал крылья, с помощью которых он и его сын смогли бежать с острова Крит. (Внимание! — перед нами рукотворный вариант летающего мальчика.) Дедал был мудр; он знал, что любой процесс имеет границы дозволенного, некий диапазон, внутри которого данный процесс только и может существовать. Поэтому они летели и не высоко (чтобы солнце не растопило воск), и не низко (чтоб от морских брызг не намокли крылья). Полет прошел успешно, потому что Икар следовал за отцом.

Но полет дался ему непросто.

Известно, что по натуре Икар был поэтом; значит, однообразные нагрузки его угнетали. И когда они прилетели в Сицилию, чтобы снять напряжение, он попросил отца разрешить ему полетать свободно, без цели. «Можно, — сказал Дедал. — Только не забывай о том, чего нельзя».

Великий скульптор, великий архитектор и механик Дедал считал дисциплину настолько естественным состоянием (как истинный творец, он знал ей цену, он знал, что ее не компенсируешь ничем), что забыл простую вещь: ведь Икар до сих пор ничего не сделал самостоятельно. К свободе нужна привычка, к ней нужно приучать так же постепенно, как ребенка приучают к огню и пользованию острыми предметами. К ней нужен навык. А Икар его не имел. И когда он взлетел и понял, что может делать все, что захочет — лететь влево, вправо, кувыркаться, парить, потому что впереди нет потной, натруженной спины родителя, и он не подавляет одним своим присутствием, — Икар, как первокурсник, впервые оказавшийся вдали от дома, опьянился воздухом свободы. Забыв предписание отца, он (незаметно для себя) взлетел слишком высоко. Наслаждение полетом, высотой — эйфория — подавили в нем критичность. И когда из крыла выпало первое перо, он не придал этому значения. Но уже второе перо, отделившееся от крыла, подсказало ему, что он имеет дело с процессом. Отрезвление наступило мгновенно. Он понял, что происходит, вспомнил предостережение Дедала, однако процесс был необратим. Воск крыльев стал таять, они распались, и Икар разбился.

Обидно? Конечно.

Однако, пережив эмоции, уже со спокойным сердцем рассудим отчего это происходит. Почему они падают, ломаются, забывают — перестают летать?

ЗЕРКАЛЬНЫЙ СИНДРОМ

Первого — летающего мальчика — погубила добросовестность.

Как вы понимаете, перед ним была поставлена задача самопознания; задача, которую каждый из нас решает всю жизнь. Большинство делает это бессознательно; в результате возникает поверхностное представление о себе; поверхностное — но достаточное; достаточное, чтобы справиться с теми задачами, на которые мы отваживаемся. Из этого напрашивается вывод, отчего большинство из нас закомплексовано: одни придавлены мнимыми неполноценностями, других заносит в суперменство. Но и то, и другое — результат неверного представления о себе.

Но есть люди, познающие себя сознательно. Их тоже немало. Кстати, осознанное самопознание — это самый верный признак культуры или мудрости — как угодно. Чем глубже мы себя познали, чем лучше мы видим в этом зеркале свое истинное лицо, тем больше наши возможности. Тем больше радиус, на котором мы мажем действовать успешно.

Значит, копайся в себе, познавай себя — и ты победишь?

Ничего подобного.

Самокопание только ради самопознания — гибельно. Оно ведет к распаду личности. Голем рассыпается на песчинки, которые потом можно сгрести разве что в кучу.

Этого никогда не случится, если у вас есть цель. Стержень, вокруг которого происходит работа самопознания. Цель сохраняет нашу целостность, сохраняет наше лицо; в любых обстоятельствах позволяет нам остаться самими собой.

Цель создает человека — и сохраняет его.

Ну, как, уже поняли, что произошло с летающим мальчиком?

Правильно: он потерял свою целостность.