– Так вы поняли? – озабоченно переспросил Ферриски.

– С вашего позволения, полагаю, что понял. ПЬЯНСТВО – подвержен на все сто. ЦЕЛОМУДРИЕ – явно недоставало. Я правильно уловил вашу мысль, мистер Ферриски?

– Прекрасно звучит, джентльмены, – сказал Ламонт, – просто прекрасно, по моему скромному разумению. Сегодня публика ищет в книжках всяких пикантных штучек. Вы не обращали внимания?

– О, мы еще такого насочиняем, только держись!

– Посмотрим, – сказал Орлик.

АНТРАКС (язва моровая): не обращал никакого внимания на правила перемещения зараженных животных.

МАЛЬЧИКИ: подозрительные шушуканья с уличными огольцами.

НЕЧИСТОПЛОТНОСТЬ: отличался духовной, умственной и физической и бахвалился ею на все лады.

РАЗГОВОРЫ: непристойные беседы по телефону с безызвестными сотрудницами Почтово-телеграфного управления.

ЭКЛЕКТИЧНОСТЬ: практиковал в своих любовных интрижках.

– Завершение этого перечня в подобающем алфавитном порядке, – заметил Орлик, – потребует взвешенного подхода и дополнительных изысканий. Мы проделаем эту работу позже. Сейчас не место (да и не время) смаковать все пороки, скопившиеся в этой смрадной клоаке.

– О, вы, я вижу, мудрый человек, мистер Орлик, – сказал Шанахэн, – и я, затаив дыхание, жду, как вы расшифруете букву «х». Лихо у вас получается.

– «3» это зло, как ни крути, – сказал Ферриски.

– Он совершенно прав, – заметил Ламонт. – Неужели вы не видите, что ему не терпится перейти к делу? А, мистер Орлик? Не пора ли?

– Вот именно, – поддержал его Шанахэн. – Прошу тишины!

– Так-то вот, – сказал он, глядя на дело рук своих.

– Злое дело совершил ты ныне, – молвил святой, стараясь унять льющуюся из раны на голове кровь.

Но разум Треллиса помутился от гнева, и яд злых помыслов проник в него, помыслов, обращенных против Осененных святостью незнакомцев. Тогда святой подобрал и разгладил порванные листы своей книги и прочел Вслух проклятие злодею – три строфы непревзойденного изящества и лучезарной чистоты...

– Да уж это точно, – откликнулся Шанахэн. – Не в обиду будь сказано, но только дерьмецовый получается рассказ.

– С этакими нападками на церковь вы далеко не уйдете, – поддержал его Ферриски.

– Похоже, усилия мои не находят понимания, – сказал Орлик. Губы раздвинулись в легкой улыбке, и, воспользовавшись этим, он быстро пробежал по зубам кончиком пера.

– Готов поспорить, – ответил Ламонт, – вы способны на большее. Вдвое лучше выйдет, стоит только умом пораскинуть.

– Уже раскинул, – сказал Орлик, – и думаю, не худо бы нам прибегнуть к услугам Пуки Мак Феллими.

– Если вы не поторопитесь и не приметесь за дело, сэр, – сказал Ферриски, – Треллис накроет нас прежде, чем мы его. Он нам головы поотрывает. Не мешкайте, мистер Орлик. Хватайте вашего Пуку, и пусть мигом берется за работу. Господи, если только Треллис узнает, чем мы тут занимаемся...

– Для начала, – попросил Шанахэн, – пусть у него огромный нарыв вскочит на том малюсеньком месте на спине, до которого не дотянуться. Всем известно, что у каждого человека есть на спине местечко, которое никак не почесать. Вот оно, вот.

– Ну, для этого есть такие специальные палочки – спиночесалки, – заметил Ламонт.

– Погодите минутку! – сказал Орлик.