– Прекрати это, дурочка, – ворчала она на себя. – Слишком многое поставлено на карту, чтобы ты сомневалась в своем возлюбленном.

– Вы что-то сказали, миледи? – спросил воин, скачущий рядом с ней.

– Нет, Дугал, я разговаривала с Джеймсом, – ответила девушка и вздохнула, когда Дугал понимающе кивнул.

Бетия слабо улыбнулась. Вот несколько преимуществ того, что у тебя есть ребенок: можешь делать глупости, списывая все на то, что играешь с ним, можешь разговаривать сама с собой и не выглядеть при этом глупо – стоит только сказать, что болтаешь с малышом. Глядя на Джеймса, она решила, что нужно быть более осторожной и следить за словами. Он говорил все больше слов, а она не хотела, чтобы в один прекрасный момент он повторил за ней что-то, что следует держать в секрете.

Они скакали менее четверти часа, когда Бетия попросила остановиться. Это было то самое место, о котором говорила старая Хельда. Дугал помог ей спешиться, а сам остался вместе с другим воином, около лошадей, пока Бетия искала нужные растения. Справившись с Джеймсом, норовившим засунуть все, что она срывала, в рот, девушка начала собирать целебные травы.

Ей не потребовалось много времени, чтобы наполнить маленькую сумку, которую она взяла с собой. Она повернулась к стражникам, чтобы сказать, что готова возвращаться, и закричала от страха. Дугал хрюкнул и с расширившимися глазами на побледневшем лице вытащил стрелу, торчавшую у него из спины. Второй воин закричал, когда стрела вонзилась ему в грудь с такой силой, что отбросила его к стволу дерева, возле которого он стоял.

Крепко прижимая к себе Джеймса, Бетия в ужасе наблюдала, как около дюжины всадников выезжают из зарослей и окружают их. Троих из них она узнала немедленно и удивилась, как Уильяму и его сыновьям удалось так быстро добраться сюда из Данкрейга. Последнее письмо с просьбами об опеке над Джеймсом прибыло только вчера.

Когда Уильям спешился и подошел к ней, девушка поняла, что была непростительно наивна. Они все поверили, что Уильям вернулся в Данкрейг только лишь на основании слов его собственного посланца. Вместо того чтобы сидеть в Данкрейге, пытаясь присвоить себе то, что не принадлежало им по праву рождения. Уильям и его люди рыскали вокруг Данби, ожидая возможности добраться до нее. «И я сама пришла прямо к нему в руки», – со злостью подумала девушка.

– Вы сошли с ума? – спросила Бетия, отчаянно пытаясь побороть охватившую ее панику.

– Сошел с ума? – Уильям нахмурился, как будто всерьез размышляя над этим. – Нет, я так не думаю. Я заманил тебя сюда, и ты теперь в моих руках, не так ли?

– Я приехала сюда не для того, чтобы смотреть, как вы убиваете моих людей. И конечно, не потому, что кто-то заманил меня.

– Понимаю. Но я – та причина, по которой ты здесь, да еще и с малюткой Джеймсом. Я знал, что ты не сможешь долго оставаться в крепости. Все, что мне нужно было сделать, – это усыпить вашу бдительность и ждать, когда ты покинешь замок.

– Вы считаете себя умнее, чем вы есть на самом деле. – «А я, похоже, полная идиотка», – уныло подумала она.

– О, я умен. А кто, по-твоему, победил?

Прежде чем девушка смогла ответить, Уильям ударил ее кулаком в лицо. На мгновение Бетия почувствовала ужас и боль, затем темнота поглотила ее.

Боуэн поспешил за ним, проталкиваясь сквозь толпу, окружившую лежащего на земле человека. Когда он наконец узнал в раненом Дугала, он выругался. Он присел рядом с Гризеллой и старой Хельдой, пытавшимися остановить кровь.

– Что случилось, Дугал? – спросил Боуэн, молясь, чтобы смертельно бледный парень нашел в себе силы ответить.