– Вы не знаете секрета замков? – осторожно спросил Кай.

– Секреты‑то тут небольшие, а вот заклятие старик наложить на вход в

свою нору мог... Ага – вот... В гроте зажегся слабый свет от горняцкого изотопного фонаря и, к своему удивлению, Ларри увидел перед собой открытый настежь проход во внутреннюю пещеру.

Это был не единственный признак беспорядка, царившего в обиталище Болотного Шамана. Кто‑то, как и боялся того Помощник, успел побывать здесь. Совсем недавно. И что‑то искал в отчаянной спешке. Были сброшены с полок книги Тайного Знания, опрокинуты сосуды с пробами Сырья, сдвинуты лавки и стол. Он не сразу заметил то, что, скорее всего, было тут главным – белый листок, прилепленный к экрану старомодного – чуть ли не прошлого века работы – терминала, приютившегося в настолько захламленной самыми невероятными предметами нише, что двойной анахронизм пребывания этого предмета – слишком старого для жилища современника и на тысячелетия отстоящего от таинств древних магий – сводился на нет.

– Смотрите, Помощник, – это вам, – окликнула его Невада, подпиравшая спиной косяк входа во внутреннюю пещеру и шарившая лучом фонарика по утопающему во мраке логову. – Читайте: "Для Л.Корнуэлла, лично".

Ларри вытащил из ниши ту самую – теперь он уже не сомневался, что оставил ее Болотному Старцу сам Роб – коробку спичек и затеплил лампадку. Потом постарался понять – к чему подключать древний терминал. Оказалось, что питание у машинки – автономное.

Еще минут десять пришлось потратить на то, чтобы извлечь из архаично

организованной памяти изделия древних умельцев единственное послание,

адресованное Ларри. К немалому удивлению Федерального Следователя,

который, честно говоря, не считал эту антикварную штуковину

жизнеспособной, экран терминала вспыхнул и второй раз Федеральный

Следователь оказался лицом к лицу с Большим Шерифом.

Это был все тот же человек с открытым и смелым лицом. Все так же был расстегнут ворот его рубахи, все так же тверд голос. И все так же трудно было определить – где велась съемка – где‑то под землей, судя по густым натекам застывшего халцедона с вкраплениями шоколадного агата на различимом теперь заднем фоне – в Верхних Штольнях, где сейчас мало кто и редко когда бывает... – прикинул Ларри. Только вот, сейчас лицо Роба было осунувшимся, как‑то внутренне сосредоточенным и, словно бы, старым и чужим. Та тень тревоги, что проглядывала на нем в тот – первый – раз, стала теперь тем главным, что это лицо выражало помимо воли своего хозяина. Ларри не мог отделаться от мысли, что месяцы и годы, а не промежуток времени поменьше недели, отделяют этого усталого, печального Роба от того бодрого и уверенного в себе Роба Арчера, что давал ему последние наставления перед уходом.

– Ларри, – сказал Роб. – Знаю, сейчас все вы там меня клянете на все корки, за то, что я вас в такой момент оставил так внезапно и в свои планы не посвятил... Но, поверь, так было нужно. Сейчас не время для сантиментов – я хоть и не настоящий Старатель, но сейчас – шкурой чувствую, что дела мои тут зашли слишком далеко, чтобы Владетели Темной Стороны Царства выпустили меня отсюда живым и невредимым. Сам влез в эту передрягу и сам буду из нее выбираться... Короче – в двух словах – мне открылась тайна того, как можно договориться с Хозяевами Светлого Зала, получить их "добро" на расширение промысла Сырья... Только о таком они договариваться станут не с правительством или с директорами – большими или малыми, а с одним‑единственным человеком, который весь ответ в этом деле на себя и возьмет. И этот человек должен избавить Хозяев от их исконного врага – он должен убить Каменного Монстра.