- У меня складывается впечатление, что вы вообще ничего не знаете, но хуже всего не хотите знать.

- Это не так.

- Тогда забудьте данное утверждение и попытайтесь думать.

Алиса тяжело вздохнула:

- Я хочу есть. Только и всего.

- Ясно. Теперь, когда вы это признали, подумайте: настолько ли вы голодны, чтоб поддаваться эмоциям и усугублять свое положение?

- Нет.

- Значит?

- Значит, я должна научиться управлять своими  желаниями и чувствами.

- И да, и нет. Управлять - да. Но для этого вы должны запомнить и осознать, кем вы хотите быть. Поясню: человеку дано три основных инстинкта: желание насытиться, обогреться и совокупиться. Если инстинкты управляют вами - вы быдло. Если вы управляете ими - человек.

- Человеко-зверь, человеко-царь... - вспомнила Алиса слова Гнездевского и поняла, о чем он говорил, на что намекал, к чему готовил.

- Цель ясна?

- Да.

- Начали сначала.

Вновь побежали мишени, посыпалась вопросы.

- Почему вы ушли от ответа? - навис над ней сержант. Алиса сидела на мате, приходя в себя после спарринга с курсантом Далила, и меньше всего желала отвечать на вопросы. Но сержанту не откажешь. А почему? Да, потому что Игнат сказал - слушайся его. Нет, потому что он действительно очень мудрый человек и способен из нее, посредственной особы, сделать мастера, человека.

Алиса сама не поняла, как выстроила логическую цепочку за секунду, сделала вывод,  приняла его - встала и ответила:

- Мне было ее жалко.

- А себя вам не жалко?

Сталеску покосилась на Далилу - хрупкую девочку, которой с виду не дашь больше шестнадцати лет: хорошенькое личико, наивный взгляд и ... хватка анаконды, термоядерный удар - до сих пор в ушах звенит.

- Курсант Далила правильно использовала свои данные, потому что верно оценила их. Ввела вас в заблуждение сознательно. А вы сознательно пошли на уступки, притом, понимая, что она сильнее вас. Конфликт разума и догм. Итог - очередной незачет. У вас десятый не зачет из шестнадцати предметов за первую неделю курса. Оцените ситуацию.

- С такими показателями курсантов отчисляют. Но у меня есть еще три недели, чтоб исправить положение.

- Справитесь?

Алиса без раздумий и колебаний ответила - "да", впервые откинув слова - не знаю, подумаю, постараюсь - за край сознания.

Глава 12

Они давно проснулись и просто лежали, нежась в объятьях друг друга. Им было хорошо вместе, без слов, без мыслей, без желаний - тепло, спокойно и тихо.

Бэф гладил пальцем руку Лесс и наслаждался ароматом ее волос. Лесс же изучала татуировку на груди Варн, щурясь от уютного чувства безмятежного блаженства. Она обвела пальцем круг, звездочку, заключенную в нее, пробежалась пальцем по завиткам рунической вязи и тихо попросила:

- Расскажи о себе, Бэф...

-- Зачем?

-- Интересно. Расскажи все: хорошее и плохое.

- Хорошо...Я очень стар, любовь моя, пятьсот долгих лет, две тысячи весен и зим прошли мимо меня, не заметив, незамеченные... Мой отец, граф Рицу, был помешан на мистике, магии, оккультизме, алхимии. С утра до вечера он занимался одним - сидел в своей лаборатории вместе с какими-то очень мутными людьми. Я почти не замечал его, он меня. Порой мне казалось, его забыли поставить в известность о моем существовании. Сколько его помню, он всегда имел отрешенное выражение лица, задумчивый взгляд, что прятал под густые, насупленные брови... Мне было семнадцать, когда умерла моя мать. И ничего не изменилось. Отец сел за стол и даже не обратил внимания, что его жены нет на привычном месте.

Бэфросиаст смолк на пару минут, пристально изучая фреску над головой, и продолжил:

- Я вспылил. Я ударил его и почувствовал глубокое удовлетворение от своих действий.