Геннадий оказался крепко сбитым мужиком, с бритым черепом и довольно заметным животом.

— Сергей? — спросил он меня, протягивая ладонь, больше похожую на совковую лопату.

— Так точно, — кивнул я.

— Ну, с Ваней мы уже знакомы. Если готовы потолковать — то давайте пройдём в салон. Там потише.

На мой взгляд и в комнате ожидания было не особо громко. И вообще на объекте присутствовала отличная шумоизоляция. Но спорить я благоразумно не стал.

Салон представлял собой вытянутое помещение без окон, отделанное панелями из тёмного дерева. Тут стояла пара кожаных диванов, четыре кресла, журнальный столик с пепельницами.

Несмотря на хорошую вентиляцию, помещение насквозь провоняло табаком.

Я уже приготовился к тому, что и Геннадий во время разговора будет предаваться этому пороку, но нет. Напротив: тот нахмурился, втянув воздух, и пробормотал: «Давно ремонт сделать надо. Устроили курилку, блин!»

Когда мы заняли места на диванах, он подался вперёд, опёрся локтями на колени и по очереди заглянул нам в глаза.

— Служивые. Вижу, — сказал он, — доки на вас деланые, но хорошие. Никем, кроме нас, не пробьются. Грамотный подход. Что касается вашего прошлого — то примерно догадываюсь. А детали меня не интересуют. И никого в нашей конторе интересовать не будут. Это чтобы вы сразу понимали, так сказать, наше ключевое конкурентное преимущество, — он осклабился, наблюдая за нашей реакцией.

Мы промолчали. Геннадий удовлетворённо кивнул.

— Чего ждёте от сотрудничества?

Я ответил не сразу, выдержав для солидности паузу. Кажется, Геннадий любил основательность — и продемонстрировать её было не лишним.

— Достатка, — сказал я, — стабильности. Гарантии семье.

Геннадий кивнул.

— Ну а ты? Ваня? — спросил он у моего напарника.

— Всё это, — ответил он, — плюс у меня есть некоторые амбиции.

— Да? — Брови Геннадия поползли вверх, — и какие же?

— Хочу прокачать свою ценность, — ответил Иван, — а это даётся только с опытом.

Геннадий потёр подбородок и кивнул.

— Скажу сразу: ты нам интересен больше, — произнёс он, глядя мне в глаза, — Иван, без обид. Тебя тоже берём, но специализация у тебя другая. Сам понимаешь.

Я видел, как у напарника заиграли желваки на скулах.

— Сколько самостоятельных вербовок? — Спросил Геннадий.

Отговариваться не имело смысла. Я понимал, что именно в этот момент решается наша дальнейшая судьба.

— Тут ведь дело не в количестве, а в качестве, — осторожно ответил я.

Геннадий удовлетворённо кивнул.

— Не поспоришь, — сказал он, — а то навербуют шашлычников ради палок… в общем, дело такое. Мы растём и расширяемся. Специалистов твоего направления не хватает категорически. Мы уже дважды пытались сформировать нормальную контрразведку, на основе собственной СБ. И каждый раз заканчивалось неприятностями.

— Она оказывалась не вашей, — предположил я.

— Верно, — Геннадий усмехнулся, — и вроде работали нормально. Формальных претензий не было. Но каждый раз мы выходили на информацию, что нас пытаются контролировать. В органах, да и в армии, много ребят, которые, скажем так, проявляют признаки зависти. Вот и борются с нами, как могут. По их представлениям.

— Так понимаю, вас прикрывают на самом верху? — Рискнул спросить я.

— Не без этого, — кивнул Геннадий, — иначе выживать было бы сложно… но, понятное дело, не просто так. Мы полезны. Для госинтересов. В щекотливых ситуациях.