|
Судя по нему, оно ничуть не сомневалось, что на самом деле презирает маздастов. — Я всецело представляю собой человеческую природу, а не каких-то там гнусных тварей-пришельцев, которых люди намеревались развести на этой заброшенной в космосе вырождающейся колонии. Что ж, когда настанет Компьютерный день, обо всём этом позаботятся. Включая случайные формы жизни вашего типа. — Существо снова хихикнуло. — А теперь насчёт одолженной вам книги доктора Блода. Мне сдаётся, что если вы хотите узнать о Неоколонизированной территории как можно подробнее, вам следует внимательно её изучить. Прочтите её! Не откладывайте! Хи-хи… — Голос постепенно перешёл в неразборчивое вязкое бормотание, и Рахмаэля охватило глубокое сомнение: неужели перед ним человек, известный ему под именем Мэтсона Глазер-Холлидея? Он ощущал его чуждую природу. Несомненно, нечеловеческую, чтобы не сказать больше.
— Я прочту её. Когда у меня будет время, — сказал он с достоинством. — Но она вам понравится, мистер бен Аппельбаум. Эта книга не только поучительна, но и весьма занимательна. Позвольте мне процитировать один из существизмов доктора Блода. — Существизмов? — озадаченно и с опаской переспросил Рахмаэль. Интуиция говорила ему, что существизм в любом случае не может быть занимательным. Во всяком случае, для него или для любого другого человека. — Мне всегда нравился вот этот, — пропел пожиратель глаз, истекая слюной и корчась от восторга. — Ведь вы всё равно прочтёте книгу, поэтому выслушайте существизм номер Двадцатый, относящийся к книгам: «Книжный бизнес — шкурное дело». — И всё? — спросил Рахмаэль после паузы. — Возможно, вы не поняли. Подарю вам другую жемчужину из моих излюбленных. Но если и она не тронет вас… У-у-ух, что за существизм! Слушайте! «Представитель фирмы местных перевозок не сумел меня тронуть». Ну как? — Он с надеждой подождал. — Не улавливаю, — смущённо признался Рахмаэль. — Ну хорошо, — голос пожирателя глаз посуровел. — Тогда прочтите книгу чисто в познавательных целях. Пусть так и будет. Вам хочется узнать происхождение формы, которую я принял. Что ж, рано или поздно её примет каждый. Все мы станем такими, после того как умрём. Рахмаэль уставился на существо. — Пока вы раздумываете, я порадую вас ещё несколькими существизмами доктора Блода. Например, я каждый раз восторгаюсь следующим: «Компания „Видфон“ сняла меня с крючка». Каково? Или вот этим: «Бензовоз загрохотал по улице на сорока милях в час». А вот ещё: «Нынешнее положение не позволяет мне получить удовольствие от сексуальных отношений». Или… Заткнув себе уши и не обращая внимания на болтливого пожирателя глаз, Рахмаэль осмотрел книгу и открыл наугад страницу. Текст вначале расплылся, затем сделался предельно чётким. * * * «Зигота, образовавшаяся между коренными аборигенами Девятой планеты и гомо сапиенсами, представляет нам доказательство доминантного аспекта так называемого „маздастного“ генетического наследия. Из пары радикально противоположных штаммов возникает в номинальном смысле чистый „маздаст“ с характерным исключительным преображением видимых органов — головоногое существо, действующее во всём прочем в своей привычной манере». * * * — Это означает, — ошеломлённо произнёс Рахмаэль, взглянув на пожирателя, — что в качестве Мэтсона Глазер-Холлидея вы являетесь потомством этого господина и… — И маздаста женского пола, — спокойно договорил пожиратель глаз. — Продолжайте читать, мистер бен Аппельбаум. Там ещё много для вас интересного. Вы обнаружите, что там объяснены все парамиры и структура каждого из них чётко видна благодаря раскрытию лежащих в их основании логических принципов. |
