– Ну, вот соберете вы девушку своей мечты, – вслух рассуждала я. – Но она ведь будет неживая, а как же бессмертная душа?

– Хороший вопрос, Варя, – похвалил профессор. – Сразу видно, что вы девушка умная. Но вам совершенно не стоит беспокоиться на этот счет. Дело в том, что ритуал, который изобрела мисс Делинжер как раз касается переселения душ и он вполне рабочий. Так что кто то из присутствующих удостоится чести жить в новом идеальном теле.

– Интересно, кто? – задумчиво пробормотала я.

– Над этим я пока не думал, – честно признался Блюм. – Единственное, что могу сказать, что вряд ли это будешь ты. Для переселения души человек должен быть живым, а выжить без мозга еще никому не удавалось.

– Я бы с этим поспорила. Некоторые мои знакомые, начисто лишенные этого органа, умудрились как то дожить до весьма преклонных лет, – пробурчала в ответ.

– Понимаю, – сочувственно вздохнул Лоренс. – Но увы, ничем не могу помочь. Моя будущая жена должна быть более нежной и утонченной, хрупкой и поэтичной. А в тебе слишком много цинизма. Думаю, ты идеально подошла бы кому то вроде декана Каро.

– Интересное замечание, – удивленно усмехнулась я. – Почему именно ему?

– Да просто я никогда не питал к нему симпатии, – честно признался Блюм.

– А а а, тогда все понятно, – хмыкнула я. – Ну, по твоему запросу, я бы предположила, что ты захочешь себе в жены Эбигейл.

– Вполне возможно, – пробормотал профессор и покосился на упомянутого ментора. – Тем более, что потеря волос не влияет на жизнеспособность организма. Вот только фигура… и глаза…и нос…все не то… Но ничего, мы это исправим.

Воодушевившись, он бросил нетерпеливый взгляд сначала на операционный стол, затем на меня и вынес вердикт.

– Сейчас быстренько с тобой разберемся и начнем. Мне не терпится приступить к созданию своего шедевра.

С этими словами он принялся метаться по комнате в поисках каких то необходимых для ритуала артефактов.

– Так так, похоже у меня здесь кое чего не хватает, – задумчиво пробормотал Блюм. – Подожди минутку, я сейчас вернусь.

И, прежде чем выйти из комнаты, насмешливо попросил:

– Никуда не уходи.

«Смейся смейся», – промелькнуло у меня в голове. Но пока ты где то ходишь, я помогу себе сама, как учил меня мой наставник. Самой мне ни за что не освободиться, но есть один вариант, который стоило попробовать. Если выбить из сустава большой палец, то можно сложить ладонь определенным образом, то она возможно пролезет в узкий зазор между веревкой и подлокотником. Сцепив зубы, чтобы не вскрикнуть и мысленно приготовившись к сильнейшей боли, я что было сил дернула правой рукой.

С первого раза ничего не получилось.

Я повторила экзекуцию.

От резкой и сильной боли из глаз мимо воли потекли слезы. Все это больше напоминало средневековые пытки, а не план по освобождению. Но все таки с третьей попытки мне это удалось. Сильно ободрав кожу и получив ожог от веревки, я вытащила правую руку, которая тут же плетью повисла вдоль стула. Распутываться полностью не было времени, в любой момент Блюм мог вернуться в комнату. Да и я сомневаюсь, что даже если бы успела освободиться, то смогла ему противостоять. Одно дело перекидывать через бедро не сильно упирающегося Эмильена, и совсем другое драться с магом, который жаждет тебя видеть по частям. Да пока я на него замахнусь, он уже может в меня магическую стрелу послать, ну или чем там они кидаются.