Отчасти, именно поэтому я решил оставить пигалицу в АСПИДе. Подумал, что раз уж она сама не робкого десятка, то сможет позаботиться о наших первокурсниках и защитить их в случае необходимости. А в том, что эта необходимость непременно появится сомневаться не приходится. С начала этого года в академии стали пропадать девушки, адепты и менторы. Мои адепты и мои менторы. Когда мы с моими друзьями Максом и Ярго впервые за долгое время открывали ворота этой полуразрушенной академии, то поклялись, что восстановим здесь все и сделаем самым безопасным местом в мире. Надежным прибежищем для тех, кто в нем нуждается. За прошедшие годы АСПИД стал мне настоящим домом и за этот дом я готов бороться до самого конца. У зла, поселившегося в этих стенах, нет шансов. Я изловлю его, а светловолосая пигалица мне в этом поможет.

На лестнице послышался шум и спустя минуту послышался стук.

– Входи! – крикнул я, точно зная кто стоит за дверью.

Через мгновение около меня заклубился густой черный туман, постепенно приобретающий очертания человека.

– Почему ты не можешь пользоваться дверью, как все нормальные люди? – раздраженно пробурчал я, когда он полностью материализовался.

– Во первых, потому что я не нормальный человек, – хмыкнул он и улыбнулся. – Во вторых, потому что тебя это раздражает.

– А тебя, как я понимаю, это обстоятельство очень веселит, – скривился я.

– Ты же меня знаешь, – хохотнул Ярго. – Сложно удержаться от соблазна.

Мои глаза закатились сами собой в бессильной злобе.

– Тебе удалось что нибудь найти? – я задал вопрос просто так, чтобы перевести тему, прекрасно понимая, что друг вернулся ни с чем.

– Ничего, – подтвердил мою уверенность тот. – Ни одного следа, даже маленького клочка одежды.

Я молча хмыкнул. Последняя девушка, Беатрис Делинжер, пропала почти месяц назад. Она была первокурсницей моего факультета. Пошла в лес за какой то дурацкой травой и не вернулась. Весь преподавательский состав сантиметр за сантиметром прочесали чащу, но ничего не нашли. Да что там, я лично вдоль и поперек обыскал поляну, где ее видели в последний раз, но ничего не нашел.

– Ты пробовал магией? – вырвалось у меня само собой, хотя я был абсолютно уверен, что Ярго перепробовал все. Но мне, вопреки доводам разума, хотелось от него устного подтверждения очевидного.

– Пробовал, – спокойно ответил друг, прекрасно понимая мое состояние и щепетильное отношение к этому вопросу. – Поднял из под земли все что только можно, включая дряхлые останки какие то древних захоронений. Потом еще долго пришлось укладывать все это богатство обратно.

Я слегка улыбнулся его шутке. За небрежным тоном скрывался недюжинный талант и выдающиеся способности. Не всякий некромант обладает такой силой как Ярго. И все его навыки и умения не достались ему от рождения, а были отточены до безупречности в многочисленных кровавых битвах. На поле боя мы с ним, собственно, и познакомились, но об этом как нибудь в другой раз.

– Ее совершенно точно нет среди здешних мертвых, – прервал мои размышления друг.

– Но и среди живых ее тоже нет, – возразил я. – Ее и еще семи девочек.

– Две из них вполне взрослые – твои менторы, – заметил некромант.

– Вот именно. Мои, – я поднял взгляд на небо, где на голубом фоне уже появилась и отдаленно бледнела почти полная луна. – Последнее исчезновение было почти месяц назад. Скоро новолуние.

– Думаешь будет новая пропажа? – поинтересовался Ярго, его бархатный голос звучал при этом непривычно глухо.