— Мы обо всем договорились с Дэвидом, сказала Дафна, появляясь в дверях. — С тобой все в порядке?

Лаура слабо улыбнулась:

— Все в порядке. — Она судорожно вздохнула: — Что мне теперь делать?

— Хочешь позвонить каким-нибудь знакомым?

Лаура подошла к окну.

— Прежде чем ехать к каким-нибудь знакомым, он бы появился здесь. Я хочу сказать, кто у него есть? Мы и сотрудники в офисе. И его теннисная команда. Они играют по понедельникам. То есть сегодня ближе к вечеру, — сообразила она.

— Позвони кому-нибудь из них, — предложила Дафна тихим ласковым голосом. — Может, он договорился об отмене встречи. Тогда за это можно будет уцепиться.

— В том случае, если он планировал свой отъезд заранее. Ты думаешь, что так оно и было?

— Нет. Просто я пытаюсь составить общую картину.

Лаура едва слышала, что говорила Дафна. На нее навалилось чувство всеобъемлющего одиночества.

— Как он мог планировать отъезд, ничего не сказав мне, не взяв свои вещи, не попрощавшись с Деброй?

— Ты права. Он не мог этого сделать по доброй воле.

Зазвонил телефон, и Лаура кинулась к аппарату.

— Алло?

— Слава Богу, что я поймала тебя, — раздался скрипучий голос Мадлен Маквей. — Я боялась, что ты уже ушла. У тебя есть минутка?

Глаза Лауры стали безумными.

— Ах, как не вовремя, мам.

— Но мне надо скоро уходить. Я освобожусь только после обеда, так что мы должны решить все сейчас.

У Лауры привычно засосало под ложечкой. На мгновение она снова ощутила себя восьмилетней девочкой, которую вызвали на ковер в гостиную, где у Мадди был домашний офис, чтобы объяснить, почему она не взялась подготовить проект для Ярмарки научных идей. Желая узнать, в чем она провинилась на этот раз, Лаура спросила:

— Что решить?

— У нас тут сложности на нашем факультете в связи с Рождеством. Мы сделали заказ на девятнадцатое на выездное обслуживание в деканате, кое-кто высказывает недовольство тем, что все будет проводиться на территории университета. Не то чтобы это смущало лично меня…

— Ты не можешь подождать минутку? — перебила ее Лаура и, не дожидаясь ответа, положила трубку.

— Я не в состоянии вынести это, — промолвила она, с отчаянием глядя на Дафну.

— Скажи ей, что позвонишь позднее.

— А что, если потом будет хуже?

— Скажи ей, что ты ждешь звонка.

— Она знает, что у меня два номера.

— Скажи ей, что ты больна.

— Она ответит, что это утреннее недомогание, и разразится речью о женщинах, рожающих в моем возрасте.

Дафна побледнела:

— Ты беременна?

— О Господи, да нет же! У меня нет ни времени ни сил на беременность! К тому же мне тридцать восемь лет!

— И ты боишься собственной матери.

— Больше не боюсь. Больше не боюсь. Скоро перестану бояться.

— Тогда поговори с ней прямо сейчас и реши все.

Лаура пристально посмотрела на Дафну и вернулась к телефону.

— Прости, мама. Так что ты говорила о Рождестве?

— Некоторые сотрудники на моем факультете, — снова начала Мадди с легкой ноткой осуждения, порицая тем самым Лауру за задержку, — хотят провести вечер за пределами университета. Они говорят, что мы должны сделать как можно более праздничным этот вечер для наших выпускников. — Она фыркнула: — Как будто они понимают их психологию лучше. Атмосфера деканата будет достаточно праздничной, как ты считаешь?

— Безусловно, — откликнулась Лаура.