Слова усилили желание во сто крат, в животе взорвался огненный шар, и в этот момент семя залпом заполнило ее тело. Он занимался любовью со многими женщинами, среди них были и леди, и шлюхи. Он платил за любовь и свободно получал то, что хотел, но никогда еще таинство любви не доставляло такой радости и удовольствия, как с Белль Сент-Круа.

Обвив ее руками, Трекстон перевернулся, увлекая девушку за собой так, что она оказалась наверху, слегка приподнялся и поймал губами упругий сосок, посасывая и лаская языком розовый бутон.

Белль запрокинула голову назад и со сладостным стоном обняла его за шею и прильнула всем телом. Она почувствовала, как сильные руки приподняли ее и опустили, а внутрь ворвался твердый упругий стержень, доставив неописуемое удовольствие и жажду дальнейших ласк. Их движения ускорились, стали неистовее по мере того, как возрастала страсть.

Белль вдруг ощутила, как внутри волна за волной пробежали судороги неописуемого наслаждения. Они разливались по всему телу, накатывая одна на другую, проникая и обдавая жаром каждый уголок тела. Все чувства смешались, но Белль отчетливо понимала, что эти любовные прикосновения навечно оставят отпечаток в ее душе.

Ее руки впились в его плоть, тело изогнулось навстречу его телу, из горла вырвался удовлетворенный стон. Почувствовав, что Белль испытывает оргазм, Трекстон перестал контролировать свою собственную страсть, позволил ей захватить его целиком и унести с собой в сияющую бездну радости и удовольствия.

Еще долго Трекстон не выпускал Белль из объятий, чувствуя свой ум и тело опустошенными. Реальность возвращалась медленно, сквозь утихающую, удовлетворенную страсть он вдруг начал соображать, кого сжимает в объятиях и чем они только что занимались. Трекстон почувствовал, как тяжелеет на сердце, и отвращение к самому себе затмило все чувства и ощущения.

Глава 23

Трекстон посмотрел на Белль, голова которой покоилась на его плече. Эту женщину любит его брат, на этой женщине Трейс, судя по всему, хочет жениться, а Трекстон только что соблазнил ее. Он зажмурился. Господи, как он мог так поступить?

Но вдруг открыл глаза, лицо сразу стало суровым, на лбу залегла хмурая складка. Он собственными глазами видел, как Трейс занимался с ней любовью. Видел это, черт побери, однако она оказалась девственницей. Как такое возможно? Как?

Пока он терзал себя вопросами, Белль пошевелилась и изменила положение, коснувшись его бедрами, и Трекстон почувствовал, как твердеет плоть, и вновь вспыхивает желание обладать этой женщиной. Собрав волю в кулак, Трекстон обхватил ее за талию и сел.

Белль, все еще находясь под впечатлением испытанного удовольствия, удивленно и непонимающе посмотрела на него.

Трекстон быстро поднялся на ноги и резкими, сердитыми движениями принялся натягивать одежду, сначала брюки, затем поднял с пола рубашку.

– Одевайся, – резкий шепот отрезвил ее. Девушка тупо уставилась на него. Она только что занималась любовью с Трекстоном Браггеттом! Истина взорвалась в мозгу. Белль задрожала, обвела взглядом освещенную лунным светом комнату и начала торопливо собирать разбросанную по полу одежду, стараясь не обращать внимания на горящее лицо. Они занимались любовью, да еще в кабинете Харкорта Проскауда!

– Совсем как взбесившийся кобель, – пробормотал Трекстон. Ему следовало бы это предвидеть, следовало получше контролировать себя и отойти от этой проклятой двери в то мгновение, как увидел ее, но нет, позволил руководить собой тому органу, который находится в штанах.

Белль услышала сердитые слова Трекстона и подумала, что это относится к ней.

– Что?! Послушай ты, наглый ублюдок… – она замахнулась и влепила ему пощечину.