-  Горим! Горим!

    Мы с отцом непонимающе переглянулись.

    -  Что произошло? Объясни спокойно, - произнес я, в упор глядя на Фредерика. Кот постепенно успокоился.

    -  Мы горим, - сказал он.

    -  Это я уже понял.

    Услышав от кота, что загорелось и кто в этом виноват, я хотел тут же бежать в тренировочный зал. Но узнав, что там Лира, успокоился. Сестренка справиться без меня. Но все же - это просто кошмар! Это же не девушка, это ходячее бедствие! В этом зале тренировались сотни недоучек, которые лук в жизни не держали. Но никогда никто не устраивал пожара.

    На отца это тоже произвело впечатление. Но он никогда не судил ни о ком, не познакомившись лично. И я уверен, что вечером он будет самым что ни на есть ангелом. Поди, еще парик свой наденет облысевший. Юморист, блин.

    До зала мы с Фредериком дошли не спеша. Уже за поворотом чувствовался запах гари. А в зале так и вовсе не продохнуть. Ну конечно, теперь на ремонт разоримся. Человечка стоит с виноватым видом - ага, так я и поверил что ее совесть мучает. Да ей такое чувство вообще незнакомо. А взгляд такой невинный… Я с опаской взглянул на нее, пытаясь представить, что она может еще натворить. Ее и на ужин-то вести опасно - там хоть и жечь нечего, но много острых предметов вроде вилок и ножей…

    Тяжело вздохнув, я повел сестру и человечку на ужин. Кстати, а наряд ей, ничего такой, нормальный подобрали. Наверняка Лира постаралась.

    В трапезный зал мы пришли даже раньше времени. Но отец уже здесь. Только я хотел предупредить Киру, что надо поприветствовать короля, как она без приглашения уселась напротив отца. Да еще разглядывает его так бесцеремонно… Ха, а с париком-то я не ошибся.

    По правилам поприветствовав короля (это приветствие придумал он же, чем ввел в недоумение всю страну. Да уж, шуточки у него…), кот представил его человечке. Что?! Как она здоровается с королем?!

    -  Здрасьте, - легкий вежливый кивок, и ее взгляд вновь скользит по столу, в поисках чего-нибудь съестного. Надеюсь, отец отреагирует спокойно… Присев рядом с человечкой, я покосился на нее - пока вроде сидит спокойно. Может, хоть на этот раз ничего не произойдет?

    Отец начал говорить предобеденную речь, благословляя еду (будто без его участия она не съедобная).

    -  Можете приступить к трапезе, дети мои! - прозвучал голос отца. Часто так бывает, что когда кто-то говорит, зал наполнен эхом. Но вот голос замолкает и воцаряется звенящая тишина. Как раз в этот момент по всему залу пронеслось тихое слово. Незнакомое, но явно не восхваление. Это только мне кажется, или человечка пожелала Ксиферону отправиться в долгое путешествие по отдаленным уголкам планеты? (На деле это звучало гораздо замысловатей). И вообще, что она делает?! Какой позор…

    Видно она все же не окончательно лишена совести: усевшись за стол, Кира сделала вид, что она ту вообще не причем. Ладно хоть выступать не стала. Бросив на нее недобрый взгляд, я мельком посмотрел на отца: интересно, а что он на это скажет?

    Через некоторое время я заметил, что отец мне подмигнул.

    -  Что вы собираетесь делать?…

    Так, ясно, она уже что-то решила, но говорить об этом не собирается. К моему великому облегчению, больше за ужином ничего не произошло. Кроме того, что Фредерик разрешил ей называть себя «Фредом».