— Слушай, Гуран, — боль, наконец, чуть приутихла и парень заговорил. — Похоже, это была всего лишь разведка. Вон даже рожи у них какие-то странные, — он ногой ткнул в сторону лежавшего в паре метрах от них шаморца с необычным перемазанным пеплом и сажей лицом, и напоминавшего этим какого-то легендарного демона. — Смотри.

— Это смертники, мастер, — ответил тот, едва мазнув взглядом по лежавшему телу. — Ходячие мертвецы, словом.

— Ходячие? — на автомате переспросил Тимур, услышав что-то знаковое, но сразу же забыл об этом. — К демону их! Лучше поднимай свою задницу и собери мне хотя бы двадцать человек с топорами, а лучше с секирами. Колеса рубить будем…

Приподнявшийся воин хотел было что-то спросить, но увидев, куда смотрел гном, молча спрыгнул на заснеженную землю.

«Смотри-ка, с полуслова понимает, — одобрительно отметил Тимур, следя за наметившейся суетой среди отдыхавших после боя ольстерских солдат. — Поторопился бы только…».

Первый бой показал, что построенная на скорую руку из повозок крепость, действительно, оказалась для передового отряда шаморцев крепким орешком. Однако, выявились и недостатки, которые чуть не оказались фатальными для «спартанцев» короля Роланда. Это и слишком высокое днище телег и повозок, под которыми враг с легкостью проникал внутрь лагеря; и сцепка повозок между собой обыкновенными веревками, которые с легкостью перерубали вражеские мечники; и большое число фургонов с невысокими бортами, за которыми было сложно спрятаться от пусть и малочисленных шаморских лучников… Словом, над крепостью предстояло еще поработать, чтобы они смогли пережить еще один штурм.

— Стой! — на глазах Тимура дюжие мужики в восемь рук мигом оставили здоровенный фургон без колес. — Не все колеса рубите! Бля! Глухие тетери! Только с внешней стороны рубите! С той! С той! — он встал и начал показывать рукой в сторону Кордовы. — С той рубите и заваливайте фургон!

К счастью, его услышали и на следующем фургоне подрубили лишь два колеса, после чего здоровенный фургон с жалобным скрипом завалился на бок.

— Вот, теперь нормально. Снизу враг точно не пролезет, — он осторожно слез на землю. — Если только мы ему немного не поможем…, — тут Тимур чуть не взвыл от пришедшей ему в голову мысли. — Проклятье, чуть не забыл!

В спешке первого боя он совсем забыл о том, чем был почти под завязку забит один из фургонов.

— Чуть не забыл! Кром! — здоровенный гном, один из двух братьев, неотлучно сопровождавших Колина повсюду, от этого вопля со свистом выхватил массивную секиру и начал быстро вертеть головой в поисках врага. — Да, брось ты свой топорище! Вскрывая первый фургон! Хорошо вспомнил…

Парой резких ударов Кром буквально в щепки разнес толстую дверь в фургоне и сразу же исчез внутри, откуда через несколько мгновений начали вылетать тяжелые кульки из плотной мешковины.

— Стоять! Куда несешься?! — один из кульков только чудо не попал в коренастого заросшего черной бородой до самых глаз мужика, который куда-то бежал мимо них. — Давай, зови сюда, всех кто свободен! — мужик выпучил на Колина глаза. — Че, вылупился?! Зови всех сюда! Сейчас сеять будем! — ополченец, по-видимому, из бывших крестьян, впал в еще больший ступор после этой фразы. — Да, бегом, твою ма…! — пинком Тимур быстро прервал его раздумья.

Уже через какие-то несколько минут, вереница людей, побросав свое оружие поволокла в разные стороны лагеря те самые кульки, что выкидывал Кром из фургона. Тимур же, распоров один из этих мешочков, вытащил оттуда два или три металлических шипа с тремя концами и тут же с силой запустил их за линию фургонов.