— Глаза свои разуйте! Вскрывайте мешки и кидайте чеснок за фургоны! — заорал Тимур, закидывая очередные несколько штук. — Да, резче, черт бы вас побрал! Резче! Чтобы этим уродам жарче стало, как снова попрут, — новый трехлучевой шип, вытащенный из мешочка, был особенно хорош; видимо, кто-то из учеников Гримора не поленился даже наточить его кончики. — Веселее, веселее, народ! С таким чесночком под ногами им точно будет не до нас!

Нагнувшись за новой партией, парень наткнулся взглядом на вождя торгов — Тальгара Волчьий клык, который пристально смотрел на него. Заметив, что Тимур остановился, торг подошел к нему.

— Плохое оружие, — скривившись проговорил союзник, держа шип словно ядовитую змею. — Недостойное настоящего воина… Это оружие труса, — рука парня дрогнула и запущенный в полет шип упал в нескольких метрах от них. — Настоящий воин убивает врага только глядя ему в глаза…

Тимур поднял голову и встретился с взглядом Тальгара.

— Ты придумал недостойное оружие, гном… Если бы эти шипы придумал кто-то из моего народа, то от него бы все отвернулись, — странная это была речь, за которой, однако, не чувствовалось никакой угрозы. — Ты странный, гном и совсем не похож на тех из подгорного народа, с которыми я знаком. Ты не совсем не похож на них, — и Тимур никак не мог понять, к чему вообще ведет этот кочевник. — Ты делаешь странные вещи, которые никто раньше не знал… Сначала эти шипы, которые могут остановить даже панцирную фалангу гномов или катафрактов короля Роланда… Еще эти наконечники, — из своего колчана, висевшего за спиной, он вытащил одну из стрел с длинным лепестковым черным наконечником. — Сделавшие шаморцев смертными… Потом я увидел настоящее чудо, — торг на несколько мгновений замолчал. — Ты дал нам громовые камни, в которых прятались настоящие молнии!

Теперь Тимур понял, что в голосе Тальгара его смутило, и это открытие его по-настоящему поразило. Это был страх! Вождь торгов, Тальгар Волчий клык, испытывал страх, пусть и тщательно скрываемый им.

— Скажи, гном, ты маг? — рука кочевника крепко сжимала какой-то засаленный аулет, напоминавший длинный пожелтевший клык хищника.

Тимур с трудом сдержался, чтобы не заржать. И это ему стоило диких усилий! Уж больно в этот момент странное, почти мистическое выражение лица, было у полудикого кочевника… Парень напряг мышцы лица, которые чуть не сводило судорогами от сдерживаемого смеха.

— Не гневайся на меня, маг, — быстро проговорил Тальгар, принявший все эти гримасы на лице гнома за испытываемый им гнев от разоблачения. — Тальгар Волчий клык никому ничего не скажет! — он с гулким хлопком ударил по своей груди. — Тальгар — нем как могила! — Тимуру же удалось восстановить контроль над своим лицом, и оно стало совершенно неподвижным. — Только позволь одну просьбу… Шамор истребил почти весь мой народ. Из четырех племен осталось лишь одно. Я боюсь маг, что в этой битве погибнут все мои воины и некому будет защитить наших женщин и детей… Прошу, маг, помоги нам!

Тимур не спешил отвечать. По правде сказать, он просто не ожидал такой просьбы.

— Не спеши, вождь, — наконец, парень заговорил. — Не спеши умирать, — он решил не говорить, ни «да», ни «нет». — И если сегодня кто-то умрет, то это будут наши враги…

Конечно, он прекрасно осознавал, что шансы их остаться живыми в этой ловушки, невелики.