— …, — Тимур рядом с куском металла поставил невысокий кусок высохшего до хруста полена. — Гендальф,… м-ть его, Старый. Точно этот старик мутит здесь воду. Он, он… Больше некому.

В глубине души (глубоко — глубоко) Тимур все-таки догадывался, почему эти два очень колоритных гнома так быстро нашли общий язык. И Тимбол и Дарин, оба, не один десяток лет «отпахали во власти», и поэтому «нюхом чувствовали себе подобного». Колин же в их глазах, что, «греха таить», выглядел самым настоящим пацаном, который не потянет тяжелую ношу главы клана в такое непростое для всех время. У него просто не хватит опыта! Тимбол же, и это признавал и сам парень, более подходил на главу сильного клана, который сможет бросить вызов Кровольду и объединенному войску гномов.

— Надо с ними быть по осторожнее, — прошептал он, пальцем роняя сухое полешко. — Вообще, с этими пришельцами надо что-то решать… Пока они болтаются тут… ни пришей собаке пятую ногу… покоя точно не будет.

Мысль парня перескочила на старейшину Дарина и на остатки его клана Каменная башка, нашедшие здесь укрытие. Как понял Тимур в момент первого взаимного обнюхивания (знакомства), Дарину Старому совсем «не улыбалось» поглощение его клана другим. Тогда он что-то пытался сказать, то парень, ошалевший от встречи, его совсем не слушал.

— Посмотрим, что у тебя на уме,… Гендальф, — Тимур решил обязательно исправить свою оплошность и обязательно встретиться с этим гномом. — … Так… кто тут у нас еще есть? — на середину стола он положил небольшой, с детский кулачок, кусок каменного угля, чуть блестящего в неровном свете горящей свечки. — Гримор.

Кузнец и один из старейшин клана Черного топора, стал другим центром, вокруг которого по-привычки держались большая часть его бывших соклановцев, некоторые из вновь принятых в челны клана. И, если Тимур правильно понял, то эта группа никакой опасности для его власти не представляла. Скорее она выступала его фундаментом, молчаливым монолитом, на который можно было опереться в своих решениях.

— Этот точно свой, — кусок каменного угля сдвинулся в сторону. — …

Гримор, после спасения клана от голодной смерти, окончательно и бесповоротно поверил в Колина, в его силу и его удачу. А после демонстрации фокусов с расплавленным огнем и угольком во рту, авторитет молодого гнома у него вообще взлетел на недосягаемую высоту.

— Еще есть…, — парень свернул в комок небольшой кусочек ветоши и тоже положил его на стол, к остальным предметам. — Люди, — Тимур замолчал, внимательно рассматривая всю эту странную комбинацию.

Как оказалось, идея Тимура по привлечению в свой клан как можно больше новых членов с полезными навыками и умениям лучше всего сработала с людьми. Благодаря расползавшимся слухам о богатом и сильном гномьем клане, милостивом господине и, конечно, приближающейся войне, зажиточные крестьяне, многие городские ремесленники из окрестной округи начали медленно, но неуклонно, двигаться в город под горой.

Еще перед его отъездом в клане уже было около двух сотен человек, среди которых были и мужчины и женщины, и дети и старики. Мастера, умельцы приезжали вместе со своими семьями, скотиной и накопленным скарбом, если их не грабили по дороге расплодившиеся разбойничьи шайки… Сейчас же, за какую-то неполную неделю город под горой принял еще сотню человек.

— Быстро мы все-таки растем, — вновь пробормотал Колин, теребя в руках комок образовавшийся ветоши. — Как бы не надорваться…

Резко возросшая численность людей в составе клана его не особо беспокоила.