В ответ на вызывающий взгляд Росса Джеми съежился и отвернулся. Тот указал ему на дверь.

– Я уверен, в Синдерфорде вы найдете какую-нибудь гостиницу. А потом отправляйтесь домой, к жене, и зализывайте свои раны.

И вдруг Джеми зарыдал во весь голос. Его лицо сморщилось, словно у обиженного ребенка, и стало безобразным.

– Вы не понимаете, Лонгвуд. В Америке я переболел свинкой. Теперь я бесплоден. А мне нужен наследник. Мой сын! Умоляю вас, сэр. – Он шмыгнул носом и утерся тыльной стороной ладони. – У вас с Пруденс, Божией милостью, еще будут дети, а у меня…

Росс взглянул на него с гримасой отвращения.

– Жалкий трус! Вы ждете моего сочувствия? Напрасно. Вы встретили невинную, доверчивую девушку и соблазнили ее ради минутного удовольствия. А потом бросили, и ей пришлось жестоко расплатиться за вашу похоть. Вы принесли достаточно много горя. Ступайте же в свой пустой дом. И пусть сожаления преследуют вас до конца жизни.

Джеми упал на колени, продолжая всхлипывать. Пруденс стало тошно при одной мысли о том, что когда-то она любила этого человека. Росс холодно рассмеялся:

– Будь я проклят, Пру! Что ты нашла в этом презренном, плаксивом создании? – Он шагнул к Джеми и грубо поднял его за шиворот. – Надеюсь, вы покинете нас немедленно. А иначе я с удовольствием сам вышвырну вас.

Джеми, не переставая рыдать, поплелся к двери, как побитая собака. А Росс, довольный, улыбнулся Пруденс:

– Ну, леди Лонгвуд, лам помешали в тот момент, когда мы целовались, не так ли?

Пруденс рухнула в кресло.

– Леди Лонгвуд? – повторила она удивленно.

– Знаешь, ты ведь теперь графиня.

– Я не могу поверить! Я ничего не понимаю. Значит, все время, что мы были вместе…

– Видишь ли, отвергнув своего отца, я отказался и от многих других вещей. В том числе и от титула.

Пруденс в первый раз огляделась вокруг и заметила, как роскошно убрана маленькая библиотека.

– А маркиз Бриджуотер?

– Это мой отец, – сказал Росс с окаменевшим лицом. – Но… но ведь вы оба врачи. И одновременно ты – граф, а он… Нет, я о таком и не слыхивала, чтобы знатные люди имели профессию. Невероятно! Росс пожал плечами.

– Так уж повелось в нашей семье. Когда-нибудь я расскажу тебе.

Значит, он вернулся в отцовский дом. Это порадовало Пруденс.

– Ты примирился с отцом. И простил его? Росс снова напрягся.

– Я вернул себе титул и доходы, – проворчал он. – Но простить его? Он убил Марту. Я никогда не забуду этого. И не прощу.

– Тогда почему же ты вернулся к нему?

– Это был единственный способ помочь тебе и вырвать ребенка из лап твоего деда.

В сердце Пруденс зажегся огонек надежды.

– Ты принес такую огромную жертву ради меня? Почему?

«Скажи, что любишь меня!..» – подумала она. Но Росс отвернулся и принялся крутить в руках вазочку, стоявшую на столе.

– Это был мой долг, ведь ты – моя жена! – В его голосе послышались нотки гнева. – А кроме того, я не мог позволить тебе пойти на двоемужество из-за этой паршивой собаки.

Пруденс не желала принимать такое объяснение. Ее сердце ждало иного. Что ж, она поступится своей гордостью и спросит его напрямик.

– А теперь послушай-ка, доктор Росс Мэннинг… – начала было Пруденс, решительно встав с кресла.

И вдруг осеклась, зажав рукой рот. Что он сказал? Вырвать ребенка из лап дедушки?

– Мой сыночек!.