— Ладно, Миш. Я все понял. Держи связь, ладно? Угу. Будь.

Ерохин отбил звонок, криво улыбнулся, сложил руки на груди. Я бы приняла этот жест за неуверенность и желание закрыться, но скорее всего, Дан так обозначал, что мне нет хода в его личное пространство. Однако разговор он начал с весьма личного.

— Если ты зашла, чтобы ответить на все мои звонки, то поздновато, Лен. К тому же есть телефон. А еще я занят. Много работы, — выдал он, пройдя к столу, на который положил мобильный.

— Н-нет, — промямлила я, теряясь от его сурового и одновременно насмешливого тона.

— Чем обязан тогда? Только быстро.

— Меня вызвали, — голос снова задрожал.

— Я тебя не вызывал.

— Отдел кадров.

— Что? — Дан склонил голову, явно заинтригованный.

Я, наконец, собралась, даже немного разозлилась. Черт, некогда убаюканный, снова взял слово.

— Мне позвонили из отдела кадров, велели явиться перед ваши ясные очи, Даниил Ильич. Если это ошибка, я с удовольствием вернусь на свой этаж, к своей работе. У меня ее, к слову, вагон и маленькая тележка.

— Ты говоришь на хинди? — пропустил мимо ушей все мои слова Ерохин.

Пришлось признаваться.

— Да.

— Свободно?

— Относительно.

— Письменный текст разберешь?

— Вполне, — чуть смутилась от собственной уверенности, — если только диалект, могут быть проблемы, но в принципе…

— Откуда ты, черт возьми, знаешь хинди? — в его голосе было столько удивления, что напрочь исчезла враждебность, — Этого не было в личном деле. Я бы запомнил.

— Я просто знаю язык. У меня нет дипломов и грамот за это. Это… личная инициатива. Я указала только в анкете при поступлении на работу.

«Дернул же меня тогда черт», — проговорила по себя. А Ерохин словно в ступор впал. Правда, ненадолго. Он хлопнул в ладоши, перепугав меня до смерти. Я аж подскочила.

— Окей, — быстро нашелся он, прошагал к дивану и вытащил из сумки ноутбук, — Иди сюда, садись.

Я не очень хотела следовать этому приказу. Вдвоем с Даном на диване? Сомнительно и опасно.

— Лена, давай не тратить время на глупости. Оно нам обоим очень дорого будет стоить. Сядь за ноут, прочти письмо.

— Письмо? — проговорила я эхом.

— Именно.

Ничего мне не осталось, как послушаться. Присев на диван, я постаралась сохранить пионерское расстояние между нами. Все свое внимание обратила на текст.

Письмо оказалось небольшим, но достаточно личным. Мне стало немного неудобно, хотя Дан открыл его из рабочей почты.

— В двух словах расскажи, что он от меня хочет, — попросил Ерохин, видя мое замешательство.

— Похоже, хочет общаться, — проговорила я, — Нашел тво… ваш профиль в Facebook, увидел несколько репостов о кулинарных мастер-кассах. Очень рад, что проект поручили неравнодушному человеку.

— С ума сойти! — выпалил он.

Я не разделяла этого щенячьего восторга, напротив. Паршиво это пахло. Неприятностями и переменами. А Дан уже тараторил:

— Так сейчас обед и встретиться… Да, пару часов, — он потянулся к мышке и практически прижался ко мне, — Успеешь перевести четыре письма? Скидывай мне на почту каждое по мере готовности, окей?

— Но… нет. Я не могу!

Дан встал с дивана, не особенно оценив мое возмущение.