— Прикройте дверь, — велел он, бросая портфель на стол, — И присядьте.

Я послушалась. Опустившись на стул, подняла на него глаза. Ей богу, как на плахе. Сейчас Ерохин достанет топор и отрубит мне голову. Раз уж Влад огреб по полной программе, меня точно не помилует.

Ерохин медлил. Он смотрел на меня долго, неприлично долго для босса, которым сейчас был, и внимательно, потом вздохнул и выдал:

— Похоже, нам некоторое время придется работать вместе и очень тесно. Чтобы это время проходило в теплой дружеской обстановке, я объясню. Один раз объясню, Лен, чтобы вы понимали. Хорошо?

Я кивнула. На нем был галстук. Я еще в кабинете Влада заметила. Перечить или возражать у меня не было желания, поэтому вся обратилась в слух.

— Славно. Если я говорю, что мне требуется ваше присутствие здесь, значит оно требуется. Если я прошу дождаться меня, значит нужно дождаться.

Я открыла рот, чтобы снова сослаться на приказ Влада, но Даниил не дал вставить слова.

— И не важно, кто требует от вас нарушить мой прямой приказ. Говорите, что не можете и все. Сейчас ваши основные обязанности здесь. Индийский проект очень важен для всей корпорации. Так вышло, что его повесили именно на меня, а я делю это счастье с вами. Поэтому нам нужно как можно более оперативно работать с почтой, общаясь с потенциальным партнером. Кажется, он нам благоволит, и это хороший знак. Не будем его игнорировать и портить ситуацию проволочками из-за того, что Влад Николаич не может поднапрячься. Это понятно, Лен?

— Вполне, — я снова кивнула.

— Прекрасно. Татьяна Павловна уже подготовила для вас срочный договор. Остается только подписать. Сразу предупрежу, что этот проект требует полной секретности. Вы подпишитесь не только под новой зарплатой, инструкциями и распорядком дня, но и под неразглашением информации.

— Зарплата? Неразглашение? — я совсем растерялась.

— Именно так.

— Но…

— Боюсь, что отказаться вы не сможете, — огрел меня еще раз Ерохин.

Признаться, я и не собиралась отказываться, но едва он заявил, что я не могу этого сделать, то сразу захотелось.

— Это еще почему?

Я гордо вздернула нос. Пришлось запрокинуть голову, чтобы вдобавок обжечь босса гордым взглядом повстанца.

— Потому что специалист по хинди такого уровня, как у вас стоит дорого. И в нашем регионе его просто нет. А вызвать нужное лицо из Москвы встанет руководству в копеечку. Поэтому мне дешевле вас убить, Елена, чем отпустить с миром считать сметы и варить кофе Самойлову.

— Все шутите, Даниил Ильич, — фыркнула я.

— Какие тут шутки, Леночка.

Он развел руками, улыбнулся чуть натянуто, но явно забавляясь ситуацией. Или просто бодрился.

— Кроме того, я не варила кофе Владиславу Николаевичу. И вам не буду.

— То есть, вы согласны?

Он совсем разулыбался, и я едва сама сдерживалась.

— Жить охота, Даниил Ильич. Согласна.

— Это похвально.

Я распоряжусь, чтобы вам оборудовали рабочее место. Сегодня пока располагайтесь у меня на диване.

— За вашим ноутбуком? — уточнила я.

— Да.

Тянуло едко уточнить что-нибудь и про его постель, в которую мне придется лечь ночью, а потом пройтись по раскатанной губе и широким карманам, но… Но на Ерохине был галстук, говорил он весьма серьезно, хоть и улыбался. Я не решилась дерзить начальству, переходя на личностные отношения.

— Хорошо.

Я гордо прошагала к дивану, где попыталась принять важный и деловой вид. Ноутбук Дана уже стоял на низком стеклянном столике, и была открыта почта.