— А это не просьба, Елена, а прямой приказ руководства. Работайте. Я жду результат. Вернусь, будем обсуждать.

Ледяной тон не оставлял мне выбора.

— Кабинет в вашем распоряжении. Можете заказать еду в офис. Знаю, обед в этой конторе — святое. Сохраните чек, будет оплачено в честь ваших сверхурочных. И оставайтесь на связи.

Говоря все это, Дан одновременно просматривал какие-то документы. Что-то откладывал, что-то отправлял в портфель. В итоге он щелкнул замками, взял телефон со стола, бросил мне:

— Удачи, — и вышел из кабинета.

Хотелось сложить его ноутбук и запустить в закрытую дверь. Но я себе позволила лишь сжать кулаки, сосчитать до десяти… до двадцати трех. Немного успокоилась и принялась за работу. Конечно, никакой еды заказывать не стала. Правда Катерина Пална принесла мне кое-что перекусить из столовой. Еще и поругала:

— Даниил, как в воду глядел, что ничего не закажешь. Ешь давай, Лен, не геройствуй.

Она поставила передо мной контейнер и кекс. Кофе я сделала сама. Брезговать едой не стала. Глупо. Перекусив по-быстрому, вернулась к письмам. Заканчивая каждое, отправляла Дану на почту, как он и просил. Ерохин на мои послания никак не реагировал. Лишь приходили оповещения, что письмо прочитано.

Я почти закончила последний перевод, когда мой мобильный ожил в кармане. Влад. Отлично. А я так надеялась, что расквитаюсь со всем до его возвращения.

— Лена! — сразу заорал он в трубку, — Где тебя носит? Обед давно закончился.

— У Ерохина, — ответила я честно, — но уже заканчиваю.

— Какого черта так долго? — кипел Влад, — Где Тамбовская смета?

— Я не успела, Владислав Николаевич.

— Ты меня разыгрываешь? Чем занималась все это время?

— Так у… — собралась я опять свалить все на Ерохина.

— Ладно. Неважно. Быстро найди мне смету. Или я сам должен копаться?

— Я буду через пять минут.

— Через три, — гавкнул Влад и швырнул трубку.

Я по-быстрому закончила с переводом, сбросила Ерохину на почту и помчалась к лифту.

— Уже все, Лен? — спросила меня Пална.

— Да, закончила, — крикнула я, понимая, что лифт ждать как раз те три минуты, что отмерил мне начальник.

Я побежала по лестнице, едва не навернулась, но все же целой добралась до родного отдела. Монитор компьютера, как назло сто лет не рассеивал тьму сберегающего режима.

Наконец я нашла файл и послала на печать сразу на принтер Влада. Присев за стол, взяла тридцать секунд, чтобы перевести дыхание и решить, чем же заняться в первую очередь. Томами проекта или собственными расчетами, которые тоже начали поджимать по срокам.

Не прошло и десяти секунд передышки, как из коммутатора послышался голос Влада:

— Зайди ко мне.

Как же они оба сегодня утомили своими приказами. Но делать нечего, я поднялась и пошла на казнь. Оставила дверь кабинета открытой, рассчитывая, что Самойлов не будет отчитывать меня на весь офис. Не сбылось.

После долгой тирады о безответственности и разгильдяйстве, моих невнятных оправданий, почти со слезами на глазах, Влад соизволил сменить гнев на милость, спросил:

— Что от тебя Ерохин вообще хотел? Ты ему даже ничего не отнесла на подпись.

— Ерохин хотел, чтобы Елена дождалась его в кабинете, — раздался за моей спиной голос Дана.

Самойлов оторвал взгляд от сметы, которую изучал. Я вскочила с кресла. Кажется, понимаю теперь, как чувствуют себя приговоренные на смерть, когда за ними приходит палач лично.

— Даниил Ильич, я… — начала и ему бормотать бессвязно.