Ох, а сама рождественская ель! Лесничие выбрали чудесное дерево в три человеческих роста. До замка его удалось дотащить лишь с помощью пары дюжих лошадей, а поднимать его пришлось всей мужской прислуге. Комель поместили в огромный тяжелый ящик, прикрепленный к полу толстыми гвоздями. А потом это чудо плотницкого искусства закутали в алый бархат, чтобы придать дереву праздничный вид.

Ароматные пышные ветви сияли множеством свечей, для которых кузнец изготовил специальные маленькие подсвечники. Все деревенские ребятишки да и большая часть женщин под руководством Джеммы усердно трудились вечерами — рисовали, красили, вырезали, клеили и вышивали разнообразные украшения. Даже тетя Мод помогала вплетать в гирлянду из золоченых нитей веточки клюквы и высушенные апельсины.

Поначалу Джемму очень огорчало то, что здесь, в Шотландии, были абсолютно недоступны замечательные елочные украшения, сотворенные искусными стеклодувами Германии. Однако когда она увидела неповторимые вещицы из фольги, бисера, цветной бумаги и тканей, то просто не смогла отвести глаз от такой красоты.

Для верхушки ели она собственноручно сделала фигурку ангела — из куска тюля и тончайшего кружева, которое пришлось спороть с одной из ее ночных рубашек (о чем знала лишь миссис Сатклифф). А на полу под елкой громоздилась целая гора корзинок с подарками, предназначенными для всех семейств в деревне. Кроме того, Джемме удалось уломать Джейми исполнять в этот вечер роль Рождественского Деда…

При виде хозяйки Фиона буквально запрыгала от восторга, и Джемма решила снять шаль и еще раз посмотреться в зеркало. Как изменился ее облик с того раза, когда она впервые готовилась выйти на торжественный прием в парадной зале! Тогда она тряслась от ужаса, уверяя себя в том, что должна пройти через все, что задумала, чтобы раз и навсегда отомстить Коннору. Она чуть не закричала, стоя перед этим самым зеркалом, из которого на нее смотрела оборванная беззубая незнакомка. Однако она собралась с духом и совершила все, что считала нужным. Увы, она быстро поняла, что месть эта стала обоюдоострым мечом, который одинаково поразил и Коннора, и ее саму…

Фиона настойчиво просила ее поторопиться, и Джемма решительно отбросила все грустные мысли. В этот вечер она одевалась даже тщательнее, чем в тот день, когда ее впервые вывезли в свет. Сгинули в прошлое дырявый плед и комья навоза. Сегодня на Джемме был туалет из дамасского атласа цвета горного вереска. Корсаж и рукава отделаны лентами, повторявшими цвета клана Макджоувэнов. Широкие юбки поддерживал наимоднейший кринолин из китового уса — новшество, о котором вряд ли слыхали в столь удаленном от Холирудского дворца и королевских приемов месте.

Волосы Джемма собрала на затылке в свободный узел, скрепленный жемчужной нитью и шелковыми лентами; на шее и на руках переливались зеленью изумруды ее матери, которые Джейми поспешил вернуть ей после отъезда своего хозяина. Очевидно, ему поручил это Коннор, зная, как они ей дороги. Джемма сочла это трусостью…

Малышка Фиона, не веря своим глазам, еле осмелилась прикоснуться к подолу великолепного платья, а когда Джемма коварно приподняла подол и показала каркас из китового уса, просто обомлела.

— Ух ты, мэм! — только и вымолвила она.

В этот момент раздались крики с внутреннего двора. Фиона подскочила к окну и буквально приклеилась к стеклу. Джемма едва не сделала то же самое. Но ведь хозяйке не к лицу высматривать гостей!

— Ну? Они уже здесь? — нетерпеливо спросила она.

— Ага! — восторженно ответила Фиона. — Они пришли все до одного, мэм! Ну и толпа! Я вижу Митеров, и Фитеров, и дядюшку Джона… Батюшки! Да с ними даже Тедди Фейлич! Ишь как ковыляет с костылем! А Мэри Кован, которая его выхаживала, говорила, что ему нипочем не подняться аж до весны из-за переломанной ноги! Вы только гляньте, мэм!

Но у Джеммы уже пропало всякое желание их видеть: на нее внезапно накатила ужасная робость.